удастся, то будем держаться за нее. Наконец, мы находимся на пути между Дувром и Кале и между Портсмутом и Булонью. Если бы вода сохраняла следы проходящих по ней судов, то здесь пролегла бы глубокая колея. Я ни мину- ты не сомневаюсь, что днем мы обязательно встретим какое-нибудь рыболов- ное судно, которое нас подберет. - Ну а если мы никого не встретим или, например, если ветер повернет к северу? - Ну, это дело другое: тогда мы увидим землю только по ту сторону океана. - Иначе говоря, умрем с голоду, - пояснил Арамис. - Да, это весьма возможно, - отвечал граф де Ла Фер. Мушкетон опять испустил вздох, на этот раз еще более грустный, чем первый. - Мустон, - обратился к нему Портос, - и чего ты все вздыхаешь? Это становится скучным. - Потому что холодно, сударь, - отвечал Мушкетон. - Вздор! - заметил Портос. - Как вздор? - изумленно спросил Мушкетон. - Конечно. У тебя тело покрыто таким толстым слоем жира, что воздуху до тебя не добраться. Нет, тут чтото другое, говори прямо. - Ну, если уж говорить прямо, так этот самый жир, которым вы восхища- етесь, и пугает меня. - Да почему же, Мустон? Говори смелее, мы позволяем тебе. - Я вспомнил, сударь, что в библиотеке замка Брасье есть много описа- ний путешествий и между прочим описание путешествия Жана Моке, знамени- того мореплавателя Генриха Четвертого. - Ну и что же? - Так вот, сударь, - продолжал Мушкетон, - в этих книгах описано мно- го приключений на море, вроде того, что мы переживаем в настоящее время. - Продолжай, продолжай, Мустон, это становится интересно. - Так вот, сударь, в подобных случаях путешественники, измученные го- лодом, как сообщает Жан Моке, имеют ужасное обыкновение съедать друг друга, начиная с... - С самых жирных! - воскликнул д'Артаньян, не в силах удержаться от смеха, несмотря на всю серьезность положения. - Да, да, сударь, - отвечал Мушкетон, немного растерявшись от этого неожиданного смеха, - и позвольте мне заметить вам, что я не вижу в этом ничего смешного. - О, вот пример истинного самопожертвования! Благородный Мустон! - сказал Портос. - Я готов биться о какой угодно заклад, что ты уже ви- дишь, как тебя освежевали, вроде лося, разрезали на части, - и твой жир- ный окорок обгладывает твой господин. - Да, сударь, хотя к этой радости, которую вы угадываете во мне, дол- жен признаться, примешивается и печаль. Все же я не стану сожалеть о се- бе, если буду уверен, что умираю для вашей пользы. - Мустон, - проговорил растроганный Портос, - если нам суждено ког- да-нибудь увидеть наш замок Пьерфон, то ты получишь в потомственное вла- дение виноградник, который находится за фермой. - И ты, конечно, назовешь его "Виноградником самоотверженности", - сказал Арамис, - чтобы сохранить в веках память о своем великом самопо- жертвовании. - Шевалье, - вмешался, смеясь, д'Артаньян, - но ведь вы, разумеется, отведаете Мустона без особых угрызений совести не раньше, чем после двух-трех дней голодовки. - Ну нет, - заявил Арамис, - я предпочел бы Блезуа; мы его не так давно знаем. Пока друзья перебрасывались шутками, стараясь главным образом отвлечь Атоса от мрачных мыслей о только что пережитом, слуги все же чувствовали себя как-то не по себе, за исключением одного Гримо, который был уверен, что, как бы плохо ни пришлось, беда не коснется его головы. Он не принимал никакого участия в разговоре, молчал, по своему обык- новению, и изо всех сил работал обоими веслами. - Ты все гребешь? - обратился нему Атос. Гримо утвердительно кивнул головой. - А зачем? - Я греюсь. Действительно, у всех других зуб на зуб не попадал от стужи, а у Гри- мо на лбу крупными каплями выступил пот. Вдруг Мушкетон испустил радостный крик и высоко поднял над головой руку, вооруженную бутылкой. - О! - ликовал он, передавая бутылку Портосу. - О, дорогой господин, мы спасены. В лодке есть съестное. Он стал проворно рыться под скамейкой, откуда вытащил столь драгоцен- ный предмет. Там оказалась еще дюжина таких бутылок, хлеб и кусок соло- нины. Нет надобности говорить, что эта находка развеселила всех, за исклю- чением Атоса. - Черт побери! - воскликнул Портос (а читатель помнит, что он был го- лоден уже, когда садились в фелуку). - Удивительно, как от волнения пус- теет в желудке! Он залпом выхлебнул бутылку и один съел добрую треть хлеба и солони- ны. - Ну а теперь спите или постарайтесь уснуть, - сказал Атос. - Я оста- нусь на вахте. Для всякого иного человека, не такого закала, как наши храбрые иска- тели приключений, подобное предложение показалось бы смешным. В самом деле, они промокли до костей, дул ледяной ветер, только что пережитое должно было помешать им заснуть. Но у этих избранные людей с железной волей, закаленных всевозможными лишениями, ничто не могло вызвать бес- сонницы, если наступало время для сна и он был необходим. И вот каждый из них, вполне доверяя кормчему, устроился поудобнее и постарался воспользоваться советом Атоса. Атос же, сидя у руля и устре- мив взгляд к небу, где он старался прочесть дорогу во Францию, остался один сидеть, как и обещал, задумчиво бодрствуя и направляя шлюпку по назначенному ей пути. После нескольких часов сна путешественники были разбужены Атосом. Первые утренние лучи уже озарили голубоватую поверхность моря. Впере- ди них, на расстоянии десяти мушкетных выстрелов, виднелась какая-то темная масса, над которой поднимался треугольный парус, узкий и длинный, как крыло ласточки. - Корабль! - в один голос вскричали радостно четверо друзей, которым вторили - каждый по-своему - слуги. Действительно, это было транспортное судно, шедшее из Дюнкерка в Бу- лонь. Голоса четырех мушкетеров, Блезуа и Мушкетона слились в единый мощный крик, перекатывавшийся по упругой водной глади, а Гримо молча надел шап- ку на конец весла и поднял его, стараясь привлечь внимание плывущих. Через четверть часа шлюпка с корабля взяла их на буксир; они перешли на палубу дюнкерского судна. Гримо, от имени своего хозяина, предложил шкиперу двадцать гиней. А в девять часов утра, благодаря попутному ветру, наши французы прис- тали к берегу своей родины. - Черт возьми! Как уверенно здесь чувствуешь себя, - говорил Портос, зарываясь своими сильными ногами в песок. - Пусть-ка попробует кто-ни- будь задеть меня или бросить на меня косой взгляд! Черт возьми! Я готов вызвать сейчас на бой целое государство! - Только, пожалуйста, бросайте этот вызов не так громко, - заметил д'Артаньян, - так как на нас и без того уже начинают посматривать. - Что ж такого? - не унимался Портос. - Нами просто любуются! - Ну а я, - отвечал д'Артаньян, - вовсе не собираюсь сейчас чва- ниться. Я заметил, Портос, людей в черном, а при нынешних обстоя- тельствах, должен признаться, я побаиваюсь людей, одетых в черное. - Это таможенники, - объяснил Арамис. - При прежнем кардинале, - сказал Атос, - на нас обратили бы больше внимания, чем на товары. А при этом, успокойтесь, друзья, будут больше смотреть на товары, чем на нас. - Я все-таки чувствую себя не совсем уверенно, - проговорил д'Ар- таньян, - и потому направлюсь в дюны. - Отчего не в город? - спросил Портос. - Я всегда предпочту хорошую гостиницу этим пескам, которые господь сотворил, кажется, для одних кро- ликов. Кроме того, я хочу есть. - Делайте, Портос, как хотите, - отвечал д'Артаньян. - Ну а я убеж- ден, что для людей в нашем положении самое покойное место - пустыня. И д'Артаньян, уверенный, что на его стороне большинство, направился, не дожидаясь ответа Портоса, к дюнам. Все его спутники последовали за ним и вскоре скрылись за песчаным пригорком, не обратив на себя ничьего внимания. - Ну а теперь, - заговорил Арамис, когда прошли около четверти мили, - поговорим. - Нет, нет, - возразил д'Артаньян, - напротив, бежим дальше. Мы ус- кользнули от Кромвеля, от Мордаунта, от моря; это были три чудовища, ко- торые готовились нас поглотить, но от господина Мазарини нам не ускольз- нуть. - Вы правы, д'Артаньян, - заметил Арамис, - и мое мнение, что для бе- зопасности нам лучше разойтись. - Да, да, Арамис, - подтвердил д'Артаньян, - давайте разойдемся. Портос хотел, возражать против этого решения, но д'Артаньян, сжав его руку, дал понять, чтобы он помолчал. Портос подчинялся своему другу всегда и во всем, со своим обычным добродушием признавая его умственное превосходство. Слова, готовые уже сорваться с его уст, замерли. - Но к чему нам расходиться? - спросил все же Атос. - Потому что, - начал д'Артаньян, - мы, я и Портос, были посланы к Кромвелю, а вместо этого служили Карлу Первому, что вовсе не одно и то же. Если Мазарини узнает, что мы приехали с графом де Ла Фер и шевалье д'Эрбле, то вина наша будет доказана. Если мы возвращаемся одни, то наша вина еще сомнительна, а и сомнительном положении дело можно повернуть как угодно. Во всяком случае, мне хочется хорошенько подурачить господи- на Мазарини. - Да, - воскликнул Портос, - вы правы! - Вы забываете, - возразил д'Артаньяну Атос, - что мы ваши пленники. Наше слово остается в силе, и если вы доставите нас, как пленников, в Париж... - Полноте, Атос! - прервал его д'Артаньян. - Право, удивляюсь, как человек такого тонкого ума, как вы, говорит жалкие слова, которые посты- дился бы сказать школьник. Шевалье д'Эрбле, - продолжал д'Артаньян, об- ращаясь к Арамису, который стоял, опираясь на шпагу, и, по-видимому, с первых же слов Атоса стал склонятся в пользу его мнения, хотя раньше держался противного, - шевалье д'Эрбле, поймите, что в данном случае я, как всегда, проявляю осторожность, быть может - чрезмерную. В конце кон- цов Портос и я не рискуем ничем. Но если случится, что нас попытаются арестовать на ваших глазах, - вы же понимаете, что семерых захватить не так легко, как троих, - придется пустить в ход шпаги, и дело, и без того скверное, разрастется в такую историю, которая погубит нас всех четве- рых. Если беда, допустим даже, обрушится на голову двоих из нас, то двое других останутся на свободе и смогут освободить двух остальных всякими правдами и неправдами. Да и как знать, может быть, в отдельности, вы у королевы, а мы у Мазарини, добьемся и получим прощение, которого нам ни- когда по получить, если мы будем вместе. Итак, вперед! Атос и Арамис, вы идите направо; а вы, Портос, идите со мной налево. Пусть друзья наши направятся в Нормандию, а мы кратчайшим путем - в Париж. - Ну а если нас по дороге захватят, как нам тайно предупредить друг друга? - спросил Арамис. - Очень просто, - отвечал д'Артаньян, - условимся относительно пути и будем твердо держаться его. Отправляйтесь на Сен-Валери, затем на Дьен и оттуда прямым путем в Париж; а мы направимся на Аббевиль, Амьен, Перонн, Компьен и Санлис, и в каждой гостинице, в каждом доме, где мы будем ос- танавливаться, мы будем писать ножом на стене или алмазом на стекле ка- кие-нибудь знаки, которыми смогут руководиться в своих поисках те, кто останется на свободе. - Ах, дорогой мой! Мне бы так хотелось сказать вам, что лучшее, что я видел в своей жизни, это ваша голова! Но нет, есть еще нечто лучшее - это ваше сердце. И Атос протянул д'Артаньяну руку. - Бросьте, Атос, разве лисица умна? - проговорил гасконец, пожимая плечами. - Нет, она умеет только таскать кур, заметать свой след и нахо- дить дорогу ночью не хуже, чем днем. Вот и все. Итак, решено? - Решено. - В таком случае разделим деньги, - продолжал д'Артаньян. - У нас должно оставаться около двухсот пистолей. Гримо, сколько там осталось? - Сто восемьдесят полулуидоров. - Так. А вот и солнце! Здравствуй, дорогое солнышко! Хотя ты здесь и не такое, как в моей милой Гаскони, но ты похоже, или мне кажется, что ты похоже на него. Здравствуй. Давненько я тебя не видел! - Полно, д'Артаньян! - воскликнул Атос. - Не разыгрывайте бодрячка. У вас слезы на глазах, так будем же искренни друг перед другом, даже если эта искренность выставляет напоказ наши хорошие качества. - Что вы, разве можно расставаться хладнокровно, да еще в такую опас- ную минуту, с двумя такими друзьями, как Арамис и вы? - Нет, конечно, нельзя! - воскликнул Атос. - И поэтому обнимите меня, сын мой. - Что это со мной? - проговорил Портос, всхлипывая. - Мне кажется, я плачу. Как это глупо! Четверо друзей, не выдержав, бросились друг другу в объятия. В братс- ком порыве этим людям казалось, что у них одна душа и одно сердце. Блезуа и Гримо должны были отправиться с Атосом и Арамисом, Портосу и д'Артаньяну вполне достаточно было Мушкетона. Как всегда в таких случаях, деньги были разделены по-братски. Затем друзья еще раз пожали друг другу руки и расстались; одни пошли в одну сторону, другие в другую. Несколько раз они оборачивались, и эхо дюн не раз повторило прощальные возгласы расставшихся. Наконец они потеряли друг друга из вида. - Черт побери, - начал Портос, - надо вам сказать сразу - я никогда не смог бы думать о вас дурно, вам это известно, д'Артаньян, но я вас просто не узнаю! - Почему же? - спросил д'Артаньян с тонкой улыбкой. - Потому что, как вы сами говорите, Атос и Арамис подвергаются сейчас величайшей опасности и, значит, пн время покидать их теперь. Я-то, приз- наюсь, готов был последовать за ними, да и сейчас рад бы вернуться, нес- мотря на всех Мазарини на свете. - Вы были бы правы, Портос, если бы дело обстояло так. Но вы забывае- те одно пустячное обстоятельство, а этот пустячок опрокидывает все ваши соображения. Поймите, что наибольшей опасности подвергаются не паши друзья, а мы сами, и мы расстались с ними не для того, чтобы бросить их на произвол судьбы, а потому, что не желаем их скомпрометировать. - Правда? - переспросил Портос, глядя на своего спутника изумленными глазами. - Ну да, разумеется. Если бы нас всех схватили, им бы грозила только Бастилия, а нам с вами - Гревская площадь. - Ого! - воскликнул Портос. - Оттуда далеко до баронской короны, ко- торую вы мне обещали, д'Артаньян. - Может быть, и не так далеко, как вам кажется. Вы знаете поговорку: "Все пути ведут в Рим"? - Но почему же мы подвергаемся большей опасности, чем Атос и Арамис? - осведомился Портос. - Потому, что они исполняли только поручение королевы Генриетты, а мы изменили Мазарини, пославшему пас в Англию; потому, что мы выехали с письмом к Кромвелю, а сделались сторонниками короля Карла; потому, что мы не только не содействовали падению головы короля Карла, осужденного всеми этими Мазарини, Кромвелями, Джойсами, Приджами, Ферфаксами, а даже пытались, хоть и неудачно, его спасти. - Да, это, черт побери, верно, - сказал Портос. - Но каким образом вы хотите, чтобы генерал Кромвель, среди всех своих забот, нашел время пом- нить... - Кромвель помнит все, у него на все есть время, и поверьте мне, друг мой, не будем терять понапрасну нашего собственного; оно слишком для нас дорого. Мы сможем считать себя в безопасности только повидавшись с Маза- рини; да и то... - Черт возьми! - буркнул Портос. - А что мы скажем Мазарини? - Предоставьте мне действовать, у меня есть план. Смеется хорошо тот, кто смеется последний. Кромвель силен, а Мазарини хитер, но все же я предпочитаю иметь дело с ними, чем с покойным мистером Мордаунтом. - Ах, - не удержался Портос, - как это успокоительно звучит: 'покой- ный мистер Мордаунт! - Ну, конечно, - отвечал д'Артаньян. - А теперь - в путь. И оба они, не теряя ни минуты, направились прямой дорогой в Париж. За ними следом шел Мушкетон; всю ночь он мерз, но теперь, уже через чет- верть часа, ему стало очень жарко. XXXIII ВОЗВРАЩЕНИЕ Атос и Арамис отправились путем, указанным д'Артаньяном. Они шли так быстро, как только могли. Им казалось, что если даже их и арестуют, то лучше, если это случится вблизи Парижа. Каждый вечер, опасаясь быть арестованными ночью, они чертили или на стенках, или на окнах условленные знаки; но каждое утро их заставало - к великому их изумлению - свободными. По мере того как они приближались к Парижу, великие события, потря- савшие на их глазах Англию, исчезали из их памяти, как сон; напротив, те, которые в их отсутствие волновали Париж и Францию, вставали перед ними и словно шли им навстречу. За время их щестинедельного отсутствия во Франции произошло столько небольших событий, что в общей сложности они составляли одно большое. Парижане в одно прекрасное утро проснулись без королевы и короля. Это их так поразило, что они никак не могли успокоиться, даже тогда, когда уз- нали, что вместе с королевой исчез, к великой их радости, и Мазарини. Первым чувством, охватившим Париж, когда он узнал о бегстве в Сен-Жермен, - с подробностями которого читатель уже знаком, - был неко- торый испуг, вроде того, какой охватывает ребенка, когда он ночью прос- нется и вдруг увидит, что он один и около него никого нет. Парламент взволновался; постановлено было избрать депутацию, которая должна была отправиться к королеве и умолить ее не лишать долее Париж своего коро- левского присутствия. Но королева, с одной стороны, еще находилась под впечатлением победы при Лансе, а с другой - была горда своим столь удачно совершенным бегством. Депутаты не только не добились чести быть принятыми, но должны были простоять на улице, дожидаясь, пока канцлер - тот самый канцлер Сегье, которого мы видели в "Трех мушкетерах", когда он так усердно ис- кал письмо чуть ли не в самом корсаже королевы, - не вынес им ультиматум двора, гласивший, что если парламент не смирится перед величием коро- левской власти и не выразит единогласно своего раскаяния по всем вопро- сам, вызвавшим разногласия между ним и двором, то завтра же Париж будет осажден: в предвидении этой осады герцог Орлеанский уже овладел мостом Сен-Клу, а принц Конде, гордый своей ланской победой, уже занял своими войсками Шарантон и Сен-Дени. На беду двора, который, быть может, приобрел бы немало сторонников, если бы требовал меньше, этот угрожающий ответ произвел действие как раз обратное тому, которого от него ждали. Он оскорбил парламент, а парла- мент поддерживала буржуазия, почувствовавшая свою силу после помилования Бруселя. И в ответ на ультиматум парламент провозгласил, что кардинал Мазарини - виновник всех беспорядков, объявил его врагом короля и госу- дарства и приказал ему удалиться от двора в тог же день и покинуть Фран- цию в течение недели. По прошествии этого срока, если кардинал не подчи- нится решению парламента, подданные короля приглашались прогнать карди- нала силой. Этот решительный ответ, которого двор никак не ожидал, поставил и Па- риж и Мазарини вне закона; осталось только ждать, кто возьмет верх - двор или парламент. Итак, двор готовился к нападению, а Париж к защите. Горожане занялись обычным при мятеже делом: стали протягивать цепи поперек улиц и разби- рать мостовые, как вдруг коадъютор привел им на помощь принца де Конти, брата принца Конде, и герцога Лонгвиля, его зятя. Присутствие двух прин- цев крови в их среде придало горожанам бодрости; было у них и еще одно преимущество - численное превосходство. Эта неожиданная подмога пришла 10 января. После бурных споров принц де Конти был назначен главнокомандующим ко- ролевской армией вне Парижа, вместе с герцогом д'Эльбефом, герцогом Бульонским и маршалом де Ла Мот в качестве генерал-лейтенантов. Герцог Лонгвиль без особого назначения состоял при своем зяте. А герцог де Бофор, как сообщает хроника того времени, прибыл из Ван- дома, радуя Париж своим надменным видом, прекрасными длинными волосами и огромной популярностью, делавшей его кумиром рынков. Парижская армия организовалась с той быстротой, с какой буржуа прев- ращаются в солдат, когда их побуждает к этому какое-либо чувство. 19 ян- варя эта импровизированная армия попыталась сделать вылазку, скорее для того, чтобы убедить и других, и самое себя в собственном существовании, чем с целью достигнуть какихлибо серьезных результатов. Она вышла со знаменами, на которых стоял не совсем обычный девиз: "Мы ищем нашего ко- роля". В следующие дни происходили мелкие операции: удалось угнать некоторое количество скота и сжечь два-три дома. Подошел февраль. Как раз 1 февраля четверо наших друзей вышли на бе- рег в Булони и разными дорогами направились в Париж. К концу четвертого дня Атос и Арамис осторожно обошли Пантер, боясь попасть в руки какого-нибудь отряда королевы. Все эти хитрости очень не нравились Атосу, но Арамис основательно до- казал ему, что они не имеют права рисковать своей свободой, так как обя- заны исполнить поручение короля Карла; это была их священная и высокая миссия; они получили ее у подножия эшафота и закончить могут не иначе как у ног королевы. Атос уступил. В предместье наших путников встретила стража - весь Париж был под ружьем. Часовой отказался пропустить двух друзей и позвал сержанта. Тот вышел с тем важным видом, который напускают на себя буржуа, когда судьба случайно облекает их воинским званием. - Кто вы такие? - спросил он Атоса и Арамиса. - Мы французские дворяне, - был ответ. - Откуда вы прибыли? - Из Лондона. - Что вы собираетесь делать в Париже? - У нас есть личное дело к английской королеве. - Вот как! Кажется, у всех сегодня - дела к английской королеве, - отвечал сержант. - У нас в кордегардии сейчас уже сидят трое дворян, ко- торые направляются тоже к английской королеве. Их пропуска сейчас дос- матривают. Давайте-ка сюда ваши. - У нас нет никаких пропусков. - Как, никаких документов? - Нет. Мы, как уже сказали, прибыли из Англии и совершенно не осве- домлены о том, что происходит в Париже. Мы покинули его до отъезда коро- ля. - А! - проговорил сержант с лукавой усмешкой. - Вы, наверное, мазари- нисты и хотите пробраться к нам, чтобы шпионить? - Мой друг, - вмешался Атос, до тех пор предоставлявший говорить Ара- мису, - если бы мы были мазаринисты, то у нас были бы какие угодно бума- ги. Поверьте мне, что в вашем положении меньше всего следует доверять документам и людям, у которых они в порядке. - Пройдите в кордегардию, - предложил сержант. - Вы объяснитесь с на- чальником поста. Сделав знак караульному, чтобы он пропустил их, сержант прошел впе- ред, за ним последовали наши Друзья. Кордегардия была битком набита буржуа и людьми из парода; одни игра- ли, другие пили, третьи громко ораторствовали. В углу, где их почти не было видно, сидели трое дворян, прибывших раньше; документы их рассматривались начальником караула, которому чин и положение позволяли сидеть в отдельной комнате. Первым движением как вновь прибывших, так и людей, сидевших в углу, было окинуть друг друга быстрым внимательным взглядом. Ранее прибывшие были тщательно закутаны в длинные плащи. Один из них, пониже своих това- рищей, скромно держался позади. Когда сержант, войдя, объявил, что привел, по всей видимости, двух мазаринистов, эти трое насторожились. Низенький тоже вышел вперед, но потом опять отступил и скрылся в тени. Узнав, что у вновь прибывших совсем пет паспортов, в кордегардии ре- шили, что их нельзя пропустить. - А мне кажется, напротив, - заметил Атос, - что мы будем пропущены, так как, по-видимому, мы имеем дело с разумными людьми. Надо сделать очень простую вещь: стоит только доложить о нас ее величеству английской королеве, и, если она поручится за нас, то, а полагаю, едва ли вы стане- те задерживать нас. При этих словах незнакомец, сидевший в тени, взволновался и дернулся от удивления так, что воротник плаща, в который он кутался, сдвинул нах- лобученную шляпу, и она упала на пол. Незнакомец торопливо поднял ее и надел. - Черт возьми, - прошептал Арамис, толкнув локтем Атоса, - вы видели? - Что? - спросил Атос. - Лицо этого низенького господина? - Нет. - Мне показалось... Но нет, это невозможно... В эту минуту сержант, который ушел в комнату начальника караула за приказом, вышел, передал троим незнакомцам бумаги и крикнул: - Паспорта в порядке, пропустить этих господ! Трое незнакомцев кивнули головой и поспешили воспользоваться пропус- ком. По знаку сержанта дверь открылась перед ними. Арамис проводил их взглядом и, когда низенький человек проходил мимо него, схватил Атоса за руку. - Что такое, дорогой мой? - спросил Атос. - Я... Нет, мне, вероятно, привиделось... Затем он обратился к сержанту: - Будьте так добры, скажите: знаете ли вы, кто "ли господа, которые только что вышли отсюда? - Я их знаю по пропускам; это - господа де Фламаран, де Шатильон и де Брюи; они сторонники Фронды и направляются к герцогу Лонгвилю. - Как странно! - проговорил Арамис, отвечая скорее самому себе, чем сержанту. - А мне показалось, что это сам Мазарини. Сержант громко расхохотался. - Ну, - сказал он на слова Арамиса, - зачем ему соваться к нам - что- бы угодить на виселицу? Он не так глуп. - Может быть, - пробормотал Арамис, - может быть, у меня не такой верный глаз, как у д'Артаньяна. - Кто здесь говорит о д'Артаньяне? - вдруг раздался голос начальника, неожиданно появившегося на пороге комнаты. - О! - воскликнул Гримо, вытаращив глаза. - Что это значит? - в один голос воскликнули Атос и Арамис. - Планше! - продолжал Гримо. - Планше в офицерской форме! - Господа де Ла Фер и д'Эрбле, - воскликнул офицер, - вы в Париже? О, как я рад! Без сомнения, вы хотите присоединиться к их высочествам? - Как видишь, дорогой Планше, - отвечал Арамис; Атос же не мог удер- жаться от улыбки, узнав в столь высоком чине гражданского ополчения быв- шего товарища Мушкетона, Базена и Гримо. - А господин д'Артаньян, о котором только что упомянул господин д'Эрбле, смею спросить, где он теперь? - Мы расстались с ним четыре дня тому назад, мой дорогой друг, и, по всей вероятности, он должен был раньше нас уже прибыть в Париж. - Нет, сударь, я уверен, что он до сих пор не являлся в столицу. Мо- жет быть, он остался в Сен-Жермене. - Не думаю. Мы условились встретиться в "Козочке". - Он был там сегодня. - Ну а красотка Мадлен имеет от него известия? - спросил с улыбкой Арамис. - Нет, сударь, но не скрою от вас, что она изрядно беспокоится. - Мы, - заметил Арамис, - времени не теряли и спешили изо всех сил. Однако, мой дорогой Атос" отложим пока разговор о нашем друге и поздра- вим сначала господина Планше. - О господин шевалье! - с поклоном проговорил Планше. - Лейтенант? - спросил Арамис. - Пока лейтенант, но мне уже обещан чин капитана. - Отлично! - сказал Арамис. - Но как вы добились такой чести? - Прежде всего, вы ведь знаете, господа, что это я спас господина Рошфора? - Ну да, конечно. Он нам сам рассказывал об этом. - Меня тогда господин Мазарини едва не повесил, но от этого моя попу- лярность только увеличилась. - И эта популярность... - Нет, кое-что получше. Вы же помните, господа, что я служил в Пьемонтском полку, где я имел честь быть сержантом? - Да, помним. - Ну так вот. В один прекрасный день, когда никто не мог выстроить как следует толпу вооруженных горожан, потому что один выступал с правой ноги, другой с левой, я как раз тут подвернулся, и мне удалось заставить их всех шагать в ногу. После этого меня произвели в лейтенанты, тут же, на месте... если не боя, так учения. - Вот как! - проговорил Арамис. - Но позвольте, - спросил Атос, - на вашей стороне ведь очень много знати! - Да. На нашей стороне, во-первых, как вам известно, конечно, принц Копти, герцог Лонгвиль, герцог Бофор, герцог д'Эльбеф, герцог Бульонс- кий, герцог де Шеврез, господин де Брисак, маршал де Ла Мот, господин де Люинь, маркиз де Витри, принц Марсильяк, маркиз Нуармутье, граф де Фи- эск, маркиз де Лег, граф де Монрезор, маркиз де Севинье и еще многие другие. - А Рауль де Бражелон? - взволнованно спросил Атос. - Д'Артаньян рассказывал мне, что, уезжая, он поручил его вам, мой дорогой Планше. - Да, господин граф, как собственного сына, и я могу сказать, что я не спускал с него глаз. - Так что, - воскликнул Атос дрожащим от радости голосом, - он вполне здоров? С ним ничего не случилось? - Ничего, сударь. - Где же он теперь? - В гостинице "Карл Великий", как обычно. - И проводит время... - То у королевы английской, то у госпожи де Шеврез. Он и граф де Гиш никогда не расстаются. - Благодарю вас, Планше, благодарю! - проговорил Атос, протягивая ему руку. - О граф! - растроганным голосом произнес Планше, едва касаясь его руки кончиками пальцев. - Что вы делаете, граф? Ведь это бывший слуга? - попытался остановить его Арамис. - Друг мой, - отвечал ему Атос, - он сообщил мне вести о Рауле. - Ну а теперь, - обратился к ним Планше, не расслышавший замечания Арамиса, - что собираетесь вы делать? - Вернуться в Париж, если только, конечно, вы мой дорогой друг, дади- те нам разрешение, - отвечал Атос. - Как, я вам буду давать разрешение? Вы смеетесь надо мной, господин граф: я весь всегда к вашим услугам. И он почтительно поклонился. Затем, обернувшись к своей команде, крикнул: - Пропустить этих господ, я их знаю: это друзья господина де Бофора. - Да, здравствует Бофор! - в один голос ответила вся команда, рассту- паясь перед Арамисом и Атосом. Только сержант приблизился к Планше и тихо спросил: - Как, без пропуска? - Без пропуска, - ответил Планше. - Имейте в виду, капитан, - обратился к нему сержант, называя его по чину, который пока был тому только еще обещан, - имейте в виду, что один из трех людей, которые только что вышли отсюда, предупреждал меня поти- хоньку не доверять этим господам. - А я, - с достоинством заметил Планше, - знаю их лично и отвечаю за них. Сказав это, он пожал руку Гримо, которому такая честь, видимо, весьма польстила. - Так до свидания, капитан, - простился с Планше Арамис насмешливым тоном. - Если с нами что-нибудь случится, мы обратимся к вам. - Сударь, - отвечал ему Планше, - в этом случае, как и всегда, я ваш покорный слуга. - А ведь ловкая шельма, и даже очень, - заметил Арамис, садясь на ло- шадь. - Да и как не быть ему таким, - согласился Атос, усаживаясь в седло, - раз он столько лет чистил шляпу своего господина? XXXIV ПОСЛЫ Оба друга тотчас же двинулись в путь и стали спускаться по крутому склону предместья. Когда они достигли подошвы холма, они увидели, к сво- ему великому изумлению, что улицы Парижа превратились в реки, а площади в 'озера. Вследствие ужасных дождей, бывших в январе, Сена выступила из берегов и затопила полстолицы. Атос и Арамис сначала храбро въехали на лошадях в воду, но она дохо- дила бедным животным до груди. Пришлось сменить лошадей на лодку, что наши друзья и сделали, приказав своим слугам дожидаться их на рынке. На лодке они добрались до Лувра. Уже спустилась ночь. Вид Парижа, слабо освещенного мигающими среди этих площадей-озер фонарями, со всеми этими лодками, в которых, блестя оружием, разъезжали патрули, с ночной перекличкой стражи на постах, поразил Арамиса, необычайно легко поддаю- щегося воинственным настроениям. Они прибыли к королеве. Им предложили обождать в приемной, так как королева принимала в эту минуту двух господ, принесших ей вести из Анг- лии. - Но мы тоже, - сказал Атос слуге, передавшему ему об этом, - мы тоже не только принесли вести из Англии, но и сами прибыли оттуда. - Разрешите в таком случае узнать ваши имена, - сказал слуга. - Граф де Ла Фер и шевалье д'Эрбле, - ответил Арамис. - О, тогда, - с волнением сказал слуга, услыхав имена, которые так часто произносила с надеждой королева, - в таком случае ее величество ни за что не простит мне, если я заставлю вас ждать хотя бы одну минуту. Пожалуйте за мной. Он прошел вперед, сопровождаемый Атосом и Арамисом. Когда они подошли к комнате королевы, слуга остановил их и открыл дверь. - Ваше величество, я осмелился нарушить ваше приказание и привел сюда двоих господ, которых зовут граф де Ла Фер и шевалье д'Эрбле. Услыхав эти имена, королева испустила крик радости, который наши друзья ясно расслышали из другой комнаты. - Бедная королева! - пробормотал Атос. - О, пусть войдут, пусть войдут! - воскликнула, в свою очередь, юная принцесса, бросаясь к двери. Бедное дитя не покидало своей матери, разлученной со второй дочерью и сыновьями. - Входите, входите, господа! - воскликнула она, сама отворяя дверь. Атос и Арамис вошли. Королева сидела в кресле, и перед нею стояли двое из тех лиц, которых мы видели в кордегардии. Это были Фламаран и Гаспар де Колиньи, герцог Шатильонский, брат то- го, который семь или восемь лет перед тем был убит на дуэли на Королевс- кой площади из-за госпожи де Лонгвиль. При появлении наших друзей они отступили на шаг и с некоторым беспокойством зашептались. - Итак, - воскликнула английская королева, увидав Атоса и Арамиса, - наконец-то вы прибыли, верные друзья! Но королевские курьеры, как види- те, опередили вас. Двор был извещен о происшедшем в Лондоне в тот мо- мент, когда вы только вступали в Париж, и вот господа де Фламаран и де Шатильон сообщили мне по поручению ее величества Анны Австрийской пос- ледние известия из Англии? Арамис и Атос переглянулись. Спокойствие, даже радость, сверкавшие в глазах королевы, поразили их. - Продолжайте, прошу вас, господа, - проговорила она, обращаясь к Фламарапу и Шатильону. - Итак, вы сказали, что его величество Карл Пер- вый, мой августейший супруг, был осужден на смерть против желания большинства его подданных? - Да, ваше величество, - пролепетал Шатильон. Арамис и Атос переглядывались. Изумление их все возрастало. - И когда его вели на эшафот, - продолжала королева, - на эшафот, мо- его супруга, короля! - возмущенный народ его освободил? - Да, ваше величество, - отвечал Шатильон так тихо, что Атос и Ара- мис, несмотря на все свое внимание, едва расслышали этот утвердительный ответ. Королева сложила руки с растроганным и благодарным выражением лица, между тем как ее дочь обвила руками ее шею и поцеловала ее глаза, зали- тые слезами радости. - Теперь нам остается только засвидетельствовать вашему величеству наше глубочайшее почтение, - сказал, торопясь закончить эту тягостную для него сцену, Шатильон, покрасневший под проницательным взглядом Ато- са. - Еще минуту, господа, - сказала королева, удерживая их знаком. - Од- ну минуту. Граф де Ла Фер и шевалье д'Эрбле прибыли, как вы слышали, из Лондона. Как очевидцы, они сообщат, быть может, подробности, которых вы не знаете и которые вы передадите королеве, моей доброй сестре. Говори- те, господа, я вас слушаю. Не скрывайте, не смягчайте ничего. Раз король жив и его честь спасена, все остальное мне безразлично. Атос побледнел и прижал руку к груди. От королевы не ускользнуло это движение и бледность Атоса; она повторила: - Говорите же, граф, прошу вас, говорите! - Простите, ваше величество, - произнес наконец Атос, - но я ничего не прибавлю к рассказу этих господ, прежде чем они не признают, что, быть может, ошиблись. - Ошиблись! - вскричала прерывающимся от волнения голосом королева. - Ошиблись! Что я слышу? Боже мой! - Сударь, - сказал Фламаран Атосу, - если мы ошиблись, то введены в заблуждение только королевой Франции. Надеюсь, вы не собираетесь исправ- лять это заблуждение, так как это значило бы опровергать слова ее вели- чества? - Королевы? - спросил Атос спокойным звучным голосом. - Да, - пробормотал Фламаран, опуская глаза. Атос печально вздохнул. - А не того лица, которое вас сопровождало и которое мы видели вместе с вами в кордегардии у парижской заставы? Не от него ли исходит это из- вестие в такой форме? - спросил Арамис тоном оскорбительной вежливости. - Если только мы не ошибаемся, граф де Ла Фер и я, на парижской заставе вас было трое. Шатильон и Фламаран вздрогнули. - Объясните, граф, что это значит? - воскликнула королева, волнение которой возрастало с каждой минутой. - Я читаю на вашем лице беду, вы колеблетесь произнести ужасную весть, ваши руки дрожат... О, боже, боже! Что случилось? - Сударь, - произнес Шатильон, - если вы принесли злую весть, слишком жестоко будет сразу сообщить ее королеве. Арамис почти вплотную подошел к Шатильопу. - Сударь, - сказал он ему, закусив губу, - надеюсь, вы не собираетесь указывать графу де Ла Фер и мне, что мы должны говорить! Тем временем Атос, продолжая держать руку на сердце, с поникшей голо- вой подошел к королеве и начал взволнованным голосом: - Ваше величество, короли от рождения стоят так высоко, что Небо да- ровало им сердце, способное переносить тяжкие удары судьбы, невыносимые для остальных людей. Поэтому, мне кажется, с королевой, как вы, следует обходиться не так, как с обыкновенной женщиной. Несчастная королева, вот результат миссии, которой вы почтили нас. Атос преклонил колени перед дрожащей и оледеневшей от ужаса королевой и достал с груди ящичек, где находились орден, осыпанный брильянтами, который королева вручила перед отъездом лорду Винтеру, и обручальное кольцо, которое король вручил перед смертью Арамису. Эти две вещи Атос с того момента, как получил их, постоянно хранил у - себя на груди. Он открыл ящичек и подал его королеве с выражением немой и глубокой скорби. Королева протянула руку, схватила кольцо, судорожно поднесла его к своим губам и, не в силах произнести ни звука или хотя бы вздохнуть или зарыдать, побледнела и без чувств упала на руки дочери и своих дам. Атос поцеловал край платья несчастной вдовы и встал с торжественным видом, который произвел глубокое впечатление на присутствующих. - Я, - сказал он, - граф де Ла Фер, дворянин, который никогда не лгал, я клянусь, сначала перед богом, а затем перед этой несчастной ко- ролевой, что все, что возможно было сделать в Англии для спасения коро- ля, было нами сделано. А теперь, шевалье, - докончил он, обращаясь к д'Эрбле, - идемте отсюда, мы выполнили наш долг. - Не вполне, - ответил Арамис, - нам надо еще сказать несколько слов этим господам. И он обратился к Шатильону: - Сударь, не угодно ли вам будет выйти вместе с нами на минутку, что- бы выслушать два слова, которые я не считаю удобным говорить в при- сутствии королевы? Шатильон молча поклонился в знак согласия. Атос и Арамис прошли впе- ред. Шатильон и Фламаран последовали за ними. Пройдя переднюю, они вышли на широкую крытую террасу с одним окном. Арамис прошел по пустынной тер- расе и, став у окна, обратился к герцогу Шатильону: - Сударь, вы только что позволили себе обойтись с нами чрезвычайно вольно. Я не могу допустить этого ни в коем случае, и менее всего когда такое обращение исходит от лица, передающего королеве весть, сочиненную лжецом. - Сударь! - воскликнул Шатильон. - Но куда вы дели господина де Брюи? - иронически спросил Арамис. - Не отправился ли он менять свою физиономию, которая слишком смахивает на Мазарини? В Пале-Рояле, как известно, есть много итальянских масок и костюмов, от Арлекина до Панталоне. - Вы, кажется, желаете нас вызвать на дуэль! - перебил его Фламаран. - Вам это только кажется, сударь? - Шевалье, шевалье! - пытался остановить его Атос. - Оставьте меня, граф, в покое, - сердито отвечал Арамис. - Вы знае- те, я не люблю ничего делать наполовину. - Кончайте же, - произнес Шатильон с не меньшей надменностью, чем Арамис, - Господа, другой на моем месте или на месте графа де Ла Фер просто арестовал бы вас, так как в Париже у нас есть друзья, но мы готовы пре- доставить вам случай удалиться отсюда бое всяких затруднений и беспо- койства. Не угодно ли вам со шпагой в руке побеседовать с нами на этой пустынной террасе? - Охотно, - сказал Шатильон. - Одну секунду, господа, - вмешался Фламаран. - Ваше предложение, ко- нечно, соблазнительно, но сейчас его принять нам невозможно. - Почему это? - спросил Арамис обычным для него вызывающим тоном. - Не близость ли Мазарини делает вас таким осторожным? - О, вы слышите, Фламаран? - произнес Шатильон. - Не принять вызова значит запятнать свою честь и имя! - Я вполне с вами согласен, - заметил Арамис. - И все же мы отложим это дело. Эти господа, вероятно, также согла- сятся со мною. Арамис покачал головой с дерзкой насмешкой. Заметив это движение, Шатильон положил руку на эфес шпаги. - Герцог, - продолжал Фламаран, - вы забываете, что вам поручено ко- мандовать в одном весьма важном деле. Вы назначены принцем и утверждены королевой. До завтрашнего вечера вы не принадлежите себе. - Итак, до послезавтра? - спросил Арамис. - До послезавтра? Слишком долго ждать, - сказал Шатильон. - Не я назначаю этот срок, - сказал Арамис, - и не я требую отсрочки. Впрочем, - прибавил он, - мы можем встретиться в завтрашнем деле. - Да, вы правы, сударь! - воскликнул Шатильон. - Я весь к вашим услу- гам, если вы потрудитесь явиться к Шарантонским воротам... - Разумеется! Чтобы встретить вас, я готов отправиться на край света; отчего же мне не сделать для этого двух миль! - Итак, до завтра! - Надеюсь. Ступайте теперь к вашему кардиналу. Но раньше позвольте попросить вас об одном одолжении: дайте слово, что вы ничего не скажете ему о нашем возвращении. - Вы требуете этого? - Почему бы нет? - Только победители могут предъявлять требования, а вы, сударь, еще не победитель. - В таком случае сразимся немедленно. Мы готовы, у нас нет дел на завтра. Шатильон и Фламаран переглянулись. В словах и жесте Арамиса было столько иронии, что Шатильону очень трудно было сдержаться. Но Фламаран что-то шепнул ему, и он одумался. - Хорошо, - обратился он к обоим друзьям, - даю слово, что наш спут- ник, кто бы он ни был, никогда нег узнает о том, что произошло между на- ми. Но вы мне обещаете встретиться с нами завтра у Шарантонских ворот? - О, - произнес Арамис, - на этот счет будьте спокойны. Четыре дворянина обменялись поклонами и разошлись. На этот раз первы- ми из Лувра вышли Шатильон и Фламаран, а Атос и Арамис последовали за ними. - За что вы так обрушились на них, Арамис? - спросил Атос. - Я имел на это свои основания. - Да что они вам сделали? - Что они сделали?.. Разве вы не видели? - Нет. - Они усмехнулись, когда мы поклялись, что исполнили свой долг в Анг- лии. Одно из двух: или они поверили нам, или не поверили. Если поверили, то эта усмешка - оскорбление, если же не поверили, то это тоже оскорбле- ние. Надо им показать, что мы стоим чего-нибудь. Впрочем, я не особенно досадую, что они отложили это дело до завтра: сегодня вечеров у нас най- дется дело получше, чем размахивать шпагой. - Что же именно? - Черт возьми! Мы попробуем захватить Мазарини. Атос презрительно выпятил губу. - Такие дела не по мне, вы это знаете, Арамис. - Но почему же? - Потому, что это похоже на засаду. - Право, Атос, из вас вышел бы довольно странный полководец: вы сра- жались бы только днем, предупреждали бы врага о часе, когда намерены на- пасть на него, и никогда не делали бы ночных вылазок из опасения, как бы вас не упрекнули, будто вы хотите воспользоваться темнотой. Атос улыбнулся. - Человека трудно переделать, - ответил он. - Кроме того, разве вы знаете положение дел? Может быть, арест Мазарини сейчас даже нежелателен и вместо победы приведет лишь к новым затруднениям? - Значит, Атос, вам не нравится мое предложение? - Вовсе нет. Я думаю, напротив, что это была бы ловкая штука. Но... - Какое но?.. - По-моему, вам не следовало бы брать слово с этих господ, что они ничего не скажут о нас Мазарини. Ведь тем самым вы почти приняли на себя обязательство ничего не предпринимать против него. - Клянусь вам, я не брал на себя никакого обязательства. Я считаю се- бя совершенно свободным. Идемте же, Атос, идемте. - Куда? - К герцогу Бофору или к герцогу Бульонскому. Мы расскажем им все, что сейчас случилось. - Да, но с тем лишь условием, что мы начнем с коадъютора. Он духовное лицо и знаток в делах совести. Мы ему откроемся, и он разрешит наши сом- нения. - Ах, - возразил Арамис, - он все испортит, все припишет себе. Мы не начнем с него, а кончим им. Атос улыбнулся. У него явно была на уме мысль, которой он не высказы- вал. - Ну, так с кого же мы начнем? - спросил он. - С герцога Бульонского, если вы ничего не имеете против. К нему от- сюда ближе всего. - Но прежде всего вы должны разрешить мне сделать одну вещь. - Какую? - Зайти в гостиницу "Карл Великий", чтобы обнять Рауля. - О, конечно! Я пойду с вами, мы вместе обнимем его. После этого оба друга вновь сели в лодку, в которой приехали, и при- казали везти себя на Рыночную площадь. Там они нашли Гримо и Блезуа, ко- торые стерегли лошадей. Вчетвером они направились на улицу Генего. Но Рауля не оказалось в гостинице. Утром этого дня он получил приказ от принца и тотчас выехал вместе с Оливеном. XXXV ТРИ ПОМОЩНИКА ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕГО Выйдя из гостиницы "Карл Великий", Атос и Арамис, как было заранее решено, направились сначала к герцогу Бульонскому. Была темная ночь, и хотя в этот поздний час все, казалось, должно бы- ло быть погружено в глубокую тишину, отовсюду доносились те тысячи зву- ков, которые то и дело пробуждают от сна жителей осажденного города. На каждом шагу можно было встретить баррикады, на каждом повороте улицы были протянуты цепи, на каждом перекрестке попадались бивуаки. Патрули при встречах между собой обменивались паролями. Скакали гонцы от разных командиров. Оживленные разговоры, свидетельствовавшие о возбуж- денном состоянии умов, происходили между мирными обывателями, теснивши- мися у окон, и их более воинственными согражданами, проходившими по ули- цам с бердышами на плечах или мушкетами в руках. Не успели Атос и Арамис сделать нескольких шагов, как их остановили около баррикады часовые, спросившие пароль. Они ответили, что идут к герцогу Бульонскому по важному делу. Удовлетворившись этими словами, часовые дали им провожатого, который, под предлогом их безопасности, должен был следить за ними. Провожатый пошел впереди, напевая: Храбрый герцог наш Бульон Подагрой нынче удручен. Песенка эта, весьма модная в ту пору, состояла из бесчисленного коли- чества куплетов, и в ней доставалось всем героям дня. Подъезжая к дому герцога Бульонского, наши путники встретили ма- ленький отряд из трех человек; люди эти знали, видимо, все пароли, так как ехали без провожатого, и стоило им сказать несколько слов встречным часовым, как их тотчас же пропускали с почетом, подобавшим, надо пола- гать, их рангу. Увидев их, Атос и Арамис остановились. - Ого! - сказал Арамис. - Вы видите, граф? - Да, - отвечал Атос. - Как вы думаете, кто эти всадники? - А как вы полагаете? - Мне кажется, это паши приятели. - Вы не ошиблись. Я узнал Фламарана. - А я узнал Шатильона. - А всадник в коричневом плаще... - Кардинал!.. - Собственной персоной! - Как это они, черт побери, не боятся показываться у самого дома гер- цога Бульонского? - спросил Арамис. Атос на это только улыбнулся, ничего не ответив. Через пять минут они стучали у двери герцога. У входа стоял часовой, как это полагается в домах лиц с высоким поло- жением, а во дворе находился - даже маленький отряд, подчиненный помощ- нику принца Копти. Как говорилось в песенке, герцог Бульонский страдал приступом подагры и лежал в постели. Но, несмотря на эту тяжелую бо- лезнь, мешавшую ему ездить верхом уже целый месяц, то есть с того самого момента, как началась осада Парижа, он все же согласился принять графа де Ла Фер и шевалье д'Эрбле. Друзей ввели к герцогу. Больной лежал на кровати, тем не менее в са- мой воинственной обстановке. На стенах были развешаны шпаги, аркебузы, пистолеты, латы, и нетрудно было предвидеть, что как только герцог выз- доровеет, он тотчас же задаст врагам парламента самую хитрую задачу. А пока, к крайней своей досаде, - по его словам, - он был вынужден лежать в постели. - Ах, господа, - воскликнул он, увидев своих двух гостей и сделав, чтобы приподняться, усилие, вызвавшее на его лице гримасу страдания, - какие вы счастливцы! Вы можете ездить верхом, двигаться, сражаться за народное дело, меж тем как я, - вы сами видите, - прикован к своему од- ру. Черт бы побрал эту подагру, - добавил он, и по лицу его снова пробе- жала судорога боли. - Чертова подагра! - Монсеньер, - сказал Атос, - мы прибыли ид Англии и, попав в Париж, сочли своим первым долгом узнать о вашем здоровье. - Благодарю пас, господа, благодарю, - отвечал герцог. - Здоровье мое плохо, как вы видите, очень плохо... Чертова подагра! А, так вы приехали из Англии? Король Карл пребывает в добром здравии, я слышал? - Он умер, монсеньер, - сказал Арамис. - Неужели? - воскликнул герцог в изумлении. - Он умер на эшафоте по приговору парламента. - Не может быть! - Казнь произошла в нашем присутствии. - Что же мне говорил господин Фламаран? - Господин Фламаран? - переспросил Арамис. - Да, он только что вышел отсюда. Атос улыбнулся. - С двумя спутниками? - сказал он. - Да, с двумя спутниками, - ответил герцог и тотчас прибавил с неко- торой тревогой: - Разве вы их встретили? - Да, кажется, на улице, - ответил Атос и с улыбкой взглянул на Ара- миса, который, со своей стороны, глядел на него с некоторым удивлением. - Чертова подагра! - воскликнул герцог, явно чувствуя себя неловко. - Монсеньер, - сказал Атос, - надо быть глубоко преданным народному делу, чтобы оставаться, будучи больным, во главе армии. Такая стойкость вызывает во мне и в господине д'Эрбле величайшее восхищение. - Что делать, господа! Надо жертвовать собой ради народного блага, и лучшим примером этого являетесь вы, столь смелые и преданные, вы, кото- рым мой дорогой друг, герцог Бофор, обязан своей свободой, а может быть, и жизнью. И вот, как видите, я приношу себя в жертву; но, признаюсь, си- лы начинают изменять мне. Голова и сердце у меня в порядке; но эта чер- това подагра убивает меня, и признаюсь вам, если бы двор удовлетворил мои требования, вполне справедливые, потому что я прошу только уже обе- щанное мне прежним кардиналом возмещение, взамен отнятого у меня Седанс- кого герцогства... так вот, признаюсь вам, если бы мне дали владения той же стоимости, возместив все убытки, понесенные мною за то время, что я им не пользовался, именно за восемь лет, - далее, если бы прибавили кня- жеский титул к родовым титулам моего дома, снова назначили моего брата Тюренна главнокомандующим, - то я тотчас бы удалился в свои поместья, предоставив двору и парламенту улаживать самим свои дела, как им забла- горассудится. - И вы были бы совершенно правы, монсеньер, - сказал Атос. - Таково ваше мнение, не правда ли, граф де Ла Фер? - Вполне. - И ваше также, шевалье д'Эрбле? - И мое также. - В таком случае уверяю вас, господа, - продолжал герцог, - я, по всей вероятности, остановлюсь на этом решении. Двор делает мне в настоя- щее время различные предложения, и от меня одного зависит, принять их или нет. До сих пор я от них отказывался, но если такие люди, как вы, говорят мне, что я не прав, да еще чертова подагра лишает меня возмож- ности по-настоящему служить парижанам, то, честное слово, мне очень хо- чется последовать вашему совету и принять предложение, только что сде- ланное господином де Шатильоном. - Примите его, герцог, - сказал Арамис, - примите его. - Честное слово, я его приму. Мне даже досадно, что я сейчас чуть не отказался... Но на завтра у нас опять назначена встреча, и тогда мы пос- мотрим. Оба друга стали прощаться с герцогом. - Идите, господа, - сказал он им, - идите: вы, наверное, устали с до- роги. Бедный король Карл! Впрочем, он сам отчасти виноват, а мы можем утешать себя уверенностью, что Франции не в чем себя упрекнуть, она сде- лала все, что могла, для его спасения. - О, что касается этого, - сказал Арамис, - то мы тому свидетели, кардинал Мазарини в особенности... - Я рад, что вы к нему справедливы. Кардинал, в сущности, совсем не плохой человек, и если бы он не был иностранцем... о, тогда ему все от- давали бы должное. Ах, эта чертова подагра!.. Атос и Арамис вышли из комнаты, но стоны больного преследовали их до самой передней. Было видно, что герцог страдает, как грешник в аду. Выйдя на улицу, Арамис спросил Атоса: - Ну, что вы скажете? - О чем именно? - спросил тот. - Да о нашем герцоге, черт возьми! - Друг мой, я думаю то самое, что поется в песне, которую пел наш провожатый, - ответил Атос: Храбрый герцог наш Бульон Подагрой нынче удручен. - А вы заметили, - сказал Арамис, - что по этой причине я ни слова не сказал ему о деле, которое привело нас к нему? - Вы поступили очень разумно: у него от ваших слов только усилился бы приступ подагры. Едем теперь к Бофору. И оба друга направились к особняку Вандомов. Пробило десять часов, когда они подъехали к воротам. Здесь была такая же охрана, как и у дома герцога: вид был такой же воинственный. Во дворе стояли посты и возвышались пирамиды ружей. Часо- вые расхаживали взад и вперед. Тут же были привязаны оседланные лошади. Атос и Арамис столкнулись в воротах с двумя всадниками, которым пришлось посторониться, чтобы дать им дорогу. - Ага! Это положительно ночь приятных встреч! воскликнул Арамис. - Нам очень не повезет, если мы не встретимся завтра; сегодня мы то и дело встречаемся. - О, что до нашей встречи, сударь, - ответил Шатильон (так как это именно он выезжал вместе с Фламараном из дома герцога Бофора), - то вы можете быть спокойны: раз мы, не ища друг друга, встретились ночью, то, без сомнения, встретимся и днем, если постараемся. - Очень надеюсь, сударь, - сказал Арамис. - А я вполне уверен, - сказал герцог. Фламаран и Шатильон продолжали свой путь, Атос и Арамис спешились. Но не успели они отдать поводья слугам и сбросить с себя плащи, как к ним подошел какой-то человек; он сначала всматривался в них при неверном свете фонаря, висевшего среди двора, потом вдруг вскрикнул от изумления и бросился их обнимать. - Граф де Ла Фер! - воскликнул он. - Шевалье д'Эрбле! Как вы сюда по- пали, в Париж? - Рошфор! - вскричали оба друга в один голос. - Да, это я, мы приехали, как вы знаете, из Вандома четыре или пять дней тому назад и собираемся хорошенько насолить Мазарини. Вы также по-прежнему из наших, я полагаю? - Больше чем когда-либо. А герцог? - Он ненавидит кардинала. Вы знаете об успехах нашего дорогого герцо- га? Настоящий король Парижа! Стоит ему показаться на улице, как толпа готова задушить его от восторга. - Великолепно! - сказал Арамис. - Но скажите, это Фламаран и Шатильон выехали сейчас отсюда? - Да, это были они. Герцог только что принимал их. Они явились, без сомнения, от имени Мазарини, но уехали ни с чем, смею вам поручиться. - Надо надеяться! - сказал Атос. - Не окажет ли нам его высочество честь принять нас? - Еще бы! Немедленно же. Можете быть уверены, что вас его высочество всегда примет. Следуйте за мной. Я буду иметь честь ввести вас. Рошфор прошел вперед. Все двери распахнулись настежь перед ним и его друзьями. Они застали Бофора, когда он садился за ужин, благодаря мно- жеству хлопот в этот вечер запоздавший. Не успел Рошфор доложить принцу о посетителях, как тот тотчас же отодвинул в сторону стул, на который собирался сесть, и устремился навстречу обоим друзьям. - А, это вы? Здравствуйте, господа! Вы пришли разделить со мной ужин, не так ли? Буажоли, предупреди Нуармона, что у меня два гостя. Вы знаете Нуармона, не правда ли, господа? Это мой дворецкий, преемник дяди Марто. Он готовит прекраснейшие пироги, как вам известно. Буажоли, скажи ему, чтобы он подал нам лучший из своих пирогов, но только не такой, какой он приготовил для Ла Раме. Слава богу, нам теперь нет надобности в веревоч- ных лестницах, кинжалах и грушах. - Ваше высочество, - сказал Атос, - не беспокойте из-за нас вашего знаменитого дворецкого, разнообразные и многочисленные таланты которого нам хорошо известны. Сегодня вечером, с разрешения вашего высочества, мы хотели бы только осведомиться о вашем здоровье и выслушать ваши приказа- ния. , . , 1 . 2 , . - 3 , - - 4 , . 5 - , , 6 ? 7 - , : 8 . 9 - , , - . 10 - , , - . 11 , , 12 . 13 - , - , - ? 14 . 15 - , , - . 16 - ! - . 17 - ? - . 18 - . , 19 . , , . 20 - , , , - 21 , . 22 - , ? , . 23 - , , - 24 , - 25 . 26 - ? 27 - , , - , - - 28 , , . 29 - , , , . 30 - , , , - 31 , , 32 , . . . 33 - ! - ' , 34 , . 35 - , , , - , 36 , - , 37 . 38 - , ! ! - 39 . - , - 40 , , , , - - 41 . 42 - , , , , - 43 , . - 44 , , . 45 - , - , - - 46 - , - 47 , . 48 - , , " " , - 49 , - - 50 . 51 - , - , , ' , - , , 52 , 53 - . 54 - , - , - ; 55 . 56 , 57 , 58 - , , , 59 , , . 60 , , - 61 , . 62 - ? - . 63 . 64 - ? 65 - . 66 , , - 67 . 68 69 , . 70 - ! - , . - , , 71 . . 72 , - 73 . , - 74 . 75 , , - 76 . 77 - ! - ( , - 78 , ) . - , - 79 ! 80 - 81 . 82 - , - . - - 83 . 84 , , - 85 , . 86 , , , 87 . 88 , , - 89 , . 90 , , 91 . , - 92 , , 93 , , 94 . 95 . 96 . - 97 , , - 98 , , , 99 . 100 - ! - , 101 - - - . 102 , , - 103 . 104 , 105 , , - 106 , . 107 ; 108 . , , 109 . 110 , , - 111 . 112 - ! , - , 113 . - - - - 114 ! ! 115 ! 116 - , , , - 117 ' , - . 118 - ? - . - ! 119 - , - ' , - - 120 . , , , - 121 , , , . 122 - , - . 123 - , - , - 124 , . , , , 125 , . 126 - - , - ' - 127 , - . 128 - ? - . - 129 , , , - 130 . , . 131 - , , , - ' . - - 132 , - . 133 ' , , , , 134 , . 135 , 136 . 137 - , - , , 138 - . 139 - , , - ' , - , . - 140 , , ; , - 141 , - 142 . 143 - , ' , - , - , - 144 . 145 - , , , - ' , - . 146 , , ' , 147 , , . 148 , 149 . , , . 150 - ? - . 151 - , - ' , - , , 152 , , 153 . , 154 ' , . , 155 , 156 . , - 157 . 158 - , - , - ! 159 - , - ' , - . 160 , , , 161 . . . 162 - , ! - ' . - , , 163 , , , - 164 . ' , - ' , - 165 , , , , - , 166 , 167 , - ' , , , 168 , , - . - 169 . , 170 , - , 171 , , - , , 172 , , - 173 . , , , 174 175 . , , , 176 , , , - 177 , . , ! , 178 ; , , . 179 , - . 180 - , 181 ? - . 182 - , - ' , - 183 . - , 184 ; , , , 185 , , , - 186 , - 187 - , , 188 . 189 - , ! , , 190 , ! , - 191 . 192 ' . 193 - , , ? - , 194 . - , , - 195 , . . , ? 196 - . 197 - , - ' . - 198 . , ? 199 - . 200 - . ! , ! 201 , , , , 202 . . ! 203 - , ' ! - . - . 204 , , 205 . 206 - , , - 207 , , ? 208 - , , ! - . - , 209 . 210 - ? - , . - , 211 . ! 212 , , . - 213 , . 214 , 215 ' . 216 , - . 217 ; 218 , . , 219 . 220 . 221 - , - , - - 222 , , ' , 223 ! 224 - ? - ' . 225 - , , 226 , , . - , - 227 , , , - 228 . 229 - , , . - 230 , 231 . , 232 , , , 233 , , . 234 - ? - , 235 . 236 - , . , 237 , - . 238 - ! - . - , - 239 , ' . 240 - , , . : 241 " " ? 242 - , ? 243 - . 244 - , , 245 , ; , 246 , ; , 247 , 248 , , , , , 249 , , . 250 - , , , , - . - 251 , , , - 252 . . . 253 - , , , 254 , ; 255 . - 256 ; . . . 257 - ! - . - ? 258 - , . , 259 . , , 260 , . 261 - , - , - : ' - 262 ! 263 - , , - ' . - - . 264 , , . 265 ; , , - 266 , . 267 268 269 270 271 272 273 274 , ' . 275 , . , , 276 , . 277 , , 278 , ; - 279 - . 280 , , - 281 , , ; , 282 , , 283 . 284 285 , . 286 . 287 , , , - 288 , , , . 289 , , 290 - , - , - - 291 , , , - 292 , . 293 ; , 294 - 295 . 296 , , 297 , - 298 . , 299 , , - 300 , " " , - 301 , - 302 , , - 303 - 304 , , 305 : 306 - , , , 307 - . 308 , , , , 309 , 310 , . , - 311 , 312 . , 313 - , - 314 - 315 . , - 316 , - 317 . 318 , , - 319 ; , - 320 . 321 , , . 322 : - 323 , , 324 , , . - 325 ; 326 - . 327 . 328 - 329 , ' , 330 - . 331 . 332 , , - 333 , , 334 , . 335 , - 336 , - . - 337 , 338 , , , 339 . 340 , : " - 341 " . 342 : 343 - . 344 . - 345 . 346 , 347 - . 348 , - 349 , , - 350 ; 351 ; 352 . 353 . 354 - 355 . . 356 , , 357 . 358 - ? - . 359 - , - . 360 - ? 361 - . 362 - ? 363 - . 364 - ! , - , - 365 . - , - 366 . - 367 . - . 368 - . 369 - , ? 370 - . , , - 371 , . - 372 . 373 - ! - . - , , - 374 , ? 375 - , - , - 376 , - , - 377 . , 378 , . 379 - , - . - - 380 . 381 , , - 382 , . 383 ; - 384 , , . 385 , , , 386 ; , 387 . 388 , , , 389 . 390 . , - 391 , . 392 , , , , , 393 , . , 394 . 395 , , - 396 , . 397 - , , - , - , 398 , - , . 399 : 400 , , , , , - 401 . 402 , , 403 , , , - 404 , . 405 . 406 - , - , , - ? 407 - ? - . 408 - ? 409 - . 410 - . . . , . . . 411 , 412 , , : 413 - , ! 414 - 415 . . 416 , , 417 . 418 - , ? - . 419 - . . . , , , . . . 420 : 421 - , : , " , 422 ? 423 - ; - , 424 ; . 425 - ! - , , 426 . - , . 427 . 428 - , - , - - - 429 ? . 430 - , - , - , 431 , ' . 432 - ' ? - , 433 . 434 - ! - , . 435 - ? - . 436 - ! - . - ! 437 - ' , - , - ? , 438 ! , ? 439 - , , - ; - 440 , - 441 , . 442 - ' , 443 ' , , ? 444 - , , , 445 , . 446 - , , , . - 447 , - . 448 - . " " . 449 - . 450 - ? - 451 . 452 - , , , . 453 - , - , - . 454 , " - 455 . 456 - ! - . 457 - ? - . 458 - , . 459 - ! - . - ? 460 - , , , 461 ? 462 - , . . 463 - , - 464 . 465 - . . . 466 - , - . , , 467 , ? 468 - , . 469 - . , 470 , 471 , , , 472 . , , 473 . . . , . 474 - ! - . 475 - , - , - 476 ! 477 - . , - , , , 478 , , , ' , - 479 , , , , 480 , , , , - 481 , , , 482 . 483 - ? - . - ' 484 , , , , . 485 - , , , , 486 . 487 - , - , - 488 ? ? 489 - , . 490 - ? 491 - " " , . 492 - . . . 493 - , . 494 . 495 - , , ! - , 496 . 497 - ! - , 498 . 499 - , ? ? - 500 . 501 - , - , - . 502 - , - , 503 , - ? 504 - , , , , - 505 , - . 506 - , ? , 507 : . 508 . 509 , , : 510 - , : . 511 - , ! - , - 512 . 513 : 514 - , ? 515 - , - . 516 - , , - , 517 , , - , 518 , , - 519 . 520 - , - , - 521 . 522 , , , , 523 . 524 - , , - 525 . - - , . 526 - , - , - , , 527 . 528 - , , - , - 529 . 530 - , - , , 531 - ? 532 533 534 535 536 537 538 539 540 . , , - 541 , , 542 ' . , , 543 . 544 , - 545 . , 546 , . 547 . . , 548 - , 549 , , , , 550 , , - 551 . 552 . , 553 , - 554 . 555 - , - , , - 556 , . 557 - , - . 558 - ' , - . 559 - , , - , , 560 , - 561 , . 562 . 563 , . 564 , 565 . 566 - , 567 , ' . 568 , , 569 . 570 - ! - . 571 - , , ! - , , 572 , . 573 , 574 . 575 - , , ! - , . 576 . , 577 , . 578 , , - 579 , - 580 - . 581 . 582 - , - , , - 583 - , ! , - 584 , . - 585 , , 586 - 587 ? 588 . , , 589 , . 590 - , , , - , 591 . - , , - 592 , , 593 ? 594 - , , - . 595 . . 596 - , - , - , - 597 , ! - ? 598 - , , - , - 599 , , 600 . 601 , 602 , - 603 . 604 - 605 , - , 606 , , - 607 . 608 - , , - , . - - 609 . ' , , 610 . , , , , 611 , . - 612 , , . , . 613 , . 614 . 615 ; : 616 - , , , ! 617 - , , - , - 618 , , , 619 , . 620 - ! - . - 621 ! ? ! 622 - , - , - , 623 . , - 624 , - 625 ? 626 - ? - . 627 - , - , . 628 . 629 - , 630 ? - 631 ? - . 632 - , , 633 . 634 . 635 - , , ? - , 636 . - , 637 , . . . , , ! 638 ? 639 - , - , - , 640 . 641 . 642 - , - , , - , 643 , ! 644 , , - 645 : 646 - , , - 647 , , 648 . , , , , 649 , . , 650 , . 651 652 , , , 653 , 654 , . 655 , , - . 656 657 . 658 , , 659 , 660 , . 661 662 , . 663 - , - , - , , 664 , , , - 665 , , - 666 , . , , - , 667 ' , - , . 668 - , - , - 669 . 670 : 671 - , , - 672 , - 673 ? 674 . - 675 . . , 676 . - 677 , , : 678 - , 679 . , 680 , , 681 . 682 - ! - . 683 - ? - . - 684 , 685 ? - , , 686 , . 687 - , , ! - . 688 - , ? 689 - , ! - . 690 - , , , - . - - 691 , . 692 - , - , 693 , 694 - , 695 , , - 696 - 697 . 698 ? 699 - , - . 700 - , , - . - , - 701 , , . 702 - ? - . - 703 ? 704 - , , ? - . - 705 ! 706 - , - . 707 - . , , - 708 . 709 . 710 , . 711 - , - , - , - 712 . 713 . . 714 - , ? - . 715 - ? , - . 716 - , - , - . 717 , - , - . 718 - , , ! - . - - 719 , . . . 720 - ! , ; 721 ! 722 - , ! 723 - . . 724 : , 725 . 726 - ? 727 - ? 728 - , , , 729 . 730 - . , 731 . 732 . 733 , . 734 - , . 735 - , - , - , - 736 , , , - 737 . ? 738 - , - , - . 739 . - 740 , 741 . 742 - , ? - . 743 - . 744 - ? 745 - ? . . ? 746 - . 747 - , , - 748 . : , . , 749 - , , - 750 . , - . , 751 , : - 752 , . 753 - ? 754 - ! . 755 . 756 - , , . 757 - ? 758 - , . 759 - , , : - 760 , , - 761 , , 762 , . 763 . 764 - , - . - , 765 ? , 766 ? 767 - , , ? 768 - . , , . . . . 769 - ? . . 770 - - , , 771 . 772 . 773 - , . - 774 . , , . 775 - ? 776 - . , 777 . 778 - , , . 779 . , - 780 . 781 - , - , - , . 782 , . 783 . , - 784 . 785 - , ? - . 786 - , . - 787 . 788 - . 789 - ? 790 - " " , . 791 - , ! , . 792 , , - 793 . , - 794 . . 795 . 796 . 797 798 799 800 801 802 803 804 " " , , 805 , . 806 , , , - 807 , - 808 , . 809 , 810 , . 811 . 812 . , - 813 , , - 814 , , - 815 . 816 , 817 , . 818 , . 819 , , , 820 , . 821 , : 822 823 . 824 , , - 825 , . 826 , - 827 ; , , , 828 , 829 , , , - 830 , . 831 , . 832 - ! - . - , ? 833 - , - . 834 - , ? 835 - ? 836 - , . 837 - . . 838 - . 839 - . . . 840 - ! . . 841 - ! 842 - , , - 843 ? - . 844 , . 845 . 846 , - 847 , - , - 848 . , 849 . , - 850 , , 851 , , 852 ' . 853 . , - 854 . , , 855 , , , - 856 , . 857 , , - , - 858 . 859 - , , - , , 860 , , , - 861 ! , , 862 , , - , - - 863 . , - , - 864 . - ! 865 - , - , - , , 866 . 867 - , , , - . - 868 , , . . . ! , 869 ? , ? 870 - , , - . 871 - ? - . 872 - . 873 - ! 874 - . 875 - ? 876 - ? - . 877 - , . 878 . 879 - ? - . 880 - , , - - 881 : - ? 882 - , , , - - 883 , , , . 884 - ! - , . 885 - , - , - 886 , , , . 887 ' . 888 - , ! , 889 , , , - 890 , , , , 891 . , , ; , , - 892 . ; - 893 , , 894 , , - 895 , - 896 . . . , , 897 , , , 898 , , - , - 899 , 900 , - , 901 , - 902 . 903 - , , - . 904 - , , ? 905 - . 906 - , ' ? 907 - . 908 - , , - , - , 909 , . - 910 , , 911 . , , , 912 , , - 913 - , , , - 914 , - 915 . 916 - , , - , - . 917 - , . , 918 . . . , - 919 . 920 . 921 - , , - , - : , , - 922 . ! , , 923 , , - 924 , , . 925 - , , - , - , 926 . . . 927 - , . , , 928 , . . . , - 929 . , ! . . 930 , 931 . , , . 932 , : 933 - , ? 934 - ? - . 935 - , ! 936 - , , , 937 , - : 938 939 . 940 - , - , - 941 , ? 942 - : 943 . . 944 . , 945 . 946 , : 947 . . - 948 . . 949 , 950 , . 951 - ! ! . - 952 , ; 953 . 954 - , , , - ( 955 ) , - 956 : , , , , 957 , , . 958 - , , - . 959 - , - . 960 , . 961 , 962 - ; 963 , , 964 . 965 - ! - . - ' ! - 966 , ? 967 - ! - . 968 - , , , , 969 . 970 - , ? 971 - - . ? 972 - . - 973 ? ! , 974 . 975 - ! - . - , 976 ? 977 - , . . , 978 , , , . 979 - ! - . - 980 ? 981 - ! . , 982 . . . 983 . 984 . , , - 985 . 986 , , 987 , . 988 - , ? , ! , 989 ? , , . 990 , , ? , . 991 , . , , 992 , , 993 . , - 994 , . 995 - , - , - - 996 , 997 . , , 998 - 999 . 1000