Александр Дюма. Граф Монте-Кристо (Части 1-3)
Изд. худлит, 1977 г.
OCR Палек, 1998 г.
* ЧАСТЬ ПЕРВАЯ *
I. МАРСЕЛЬ. ПРИБЫТИЕ
Двадцать седьмого февраля 1815 года дозорный НотрДам де-ла-Гард дал
знать о приближении трехмачтового корабля "Фараон", идущего из Смирны,
Триеста и Неаполя.
Как всегда, портовый лоцман тотчас же отбыл из гавани, миновал замок
Иф и пристал к кораблю между мысом Моржион и островом Рион.
Тотчас же, по обыкновению, площадка форта св. Иоанна наполнилась лю-
бопытными, ибо в Марселе прибытие корабля всегда большое событие, осо-
бенно если этот корабль, как "Фараон", выстроен, оснащен, гружен на вер-
фях древней Фокеи и принадлежит местному арматору.
Между тем корабль приближался; он благополучно Прошел пролив, который
вулканическое сотрясение некогда образовало между островами Каласарень и
Жарос, обогнул Помог и приближался под тремя марселями, кливером и
контрбизанью, но так медленно и скорбно, что любопытные, невольно почуяв
несчастие, спрашивали себя, что бы такое могло с ним случиться. Однако
знатоки дела видели ясно, что если что и случилось, то не с самим кораб-
лем, ибо он шел, как полагается хорошо управляемому судну: якорь был го-
тов к отдаче, ватербакштаги отданы, а рядом с лоцманом, который готовил-
ся ввести "Фараон" узким входом в марсельскую гавань, стоял молодой че-
ловек, проворный и зоркий, наблюдавший за каждым движением корабля и
повторявший каждую команду лоцмана.
Безотчетная тревога, витавшая над толпою, с особой силой охватила од-
ного из зрителей, так что он не стал дожидаться, пока корабль войдет в
порт; он бросился в лодку и приказал грести навстречу "Фараону", с кото-
рым и поравнялся напротив бухты Резерв.
Завидев этого человека, молодой моряк отошел от лоцмана и, сняв шля-
пу, стал у борта.
Это был юноша лет восемнадцати - двадцати, высокий, стройный, с кра-
сивыми черными глазами и черными, как смоль, волосами; весь его облик
дышал тем спокойствием и решимостью, какие свойственны людям, с детства
привыкшим бороться с опасностью.
- А! Это вы, Дантес! - крикнул человек в лодке. - Что случилось? По-
чему все так уныло у вас на корабле?
- Большое несчастие, господин Моррель, - отвечал юноша, - большое
несчастие, особенно для меня: у Чивита-Веккии мы лишились нашего славно-
го капитана Леклера.
- А груз? - живо спросил арматор.
- Прибыл в целости, господин Моррель и, я думаю, в этом отношении вы
будете довольны... Но бедный капитан Леклер...
- Что же с ним случилось? - спросил арматор с видом явного облегче-
ния. - Что случилось с нашим славным капитаном?
- Он скончался.
- Упал за борт?
- Нет, умер от нервной горячки, в страшных мучениях, - сказал Дантес.
Затем, обернувшись к экипажу, он крикнул:
- Эй! По местам стоять! На якорь становиться!
Экипаж повиновался. Тотчас же восемь или десять матросов, из которых
он состоял, бросились кто к шкотам, кто к брасам, кто к фалам, кто к
кливер-ниралам, кто к гатовам.
Молодой моряк окинул их беглым взглядом и, видя, что команда выполня-
ется, опять повернулся к своему собеседнику.
- А как же случилось это несчастье? - спросил арматор, возобновляя
прерванный разговор.
- Да самым неожиданным образом. После продолжительного разговора с
комендантом порта капитан Леклер в сильном возбуждении покинул Неаполь;
через сутки у него началась горячка; через три дня он был мертв... Мы
похоронили его как полагается, и теперь он покоится, завернутый в холст
с ядром в ногах и ядром в головах, у острова Дель Джильо. Мы привезли
вдове его крест и шпагу. Стоило, - прибавил юноша с нечаяной улыбкой, -
стоило десять лет воевать с англичанами, чтобы умереть, как все, в пос-
тели!
- Что поделаешь, Эдмон! - сказал арматор, который, по-видимому, все
более и более успокаивался. - Все мы смертны, и надо, чтобы старые усту-
пали место молодым, - иначе все бы остановилось. И так как вы говорите,
что груз...
- В полной сохранности, господин Моррель, я вам ручаюсь. И я думаю,
что вы продешевите, если удовольствуетесь барышом в двадцать пять тысяч
франков.
И видя, что "Фараон" уже миновал круглую башню, он крикнул:
- На марса-гитовы! Кливер-нирал! На бизань-шкот! Якорь к отдаче изго-
товить!
Приказание было исполнено почти с такой же быстротой, как на военном
судне.
- Шкоты отдать! Паруса на гитовы!
При последней команде все паруса упали, и корабль продолжал скользить
еле заметно, двигаясь только по инерции.
- А теперь, не угодно ли вам подняться, господин Моррель, - сказал
Дантес, видя нетерпение арматора. - Вот и господин Данглар, ваш бухгал-
тер, выходит из каюты. Он сообщит вам все сведения, какие вы только по-
желаете. А мне надобно стать на якорь и позаботиться о знаках траура.
Вторичного приглашения не понадобилось. Арматор схватился за канат,
брошенный Дантесом, и с ловкостью, которая сделала бы честь любому моря-
ку, взобрался по скобам, вбитым в выпуклый борт корабля, а Дантес вер-
нулся на свое прежнее место, уступая разговор тому, кого он назвал Данг-
ларом, который, выйдя из каюты, действительно шел навстречу Моррелю.
Это был человек лет двадцати пяти, довольно мрачного вида, угодливый
с начальниками, нетерпимый с подчиненными. За это, еще более чем за ти-
тул бухгалтера, всегда ненавистный матросам, экипаж настолько же его не-
долюбливал, насколько любил Дантеса.
- Итак, господин Моррель, - сказал Данглар, - вы уже знаете о нашем
несчастье?
- Да! Да! Бедный капитан Леклер! Это был славный и честный человек!
- А главное - превосходный моряк, состарившийся между небом и водой,
каким и должен быть человек, которому доверены интересы такой крупной
фирмы, как "Моррель и Сын", - отвечал Данглар.
- Мне кажется, - сказал арматор, следя глазами за Дантесом, который
выбирал место для стоянки, - что вовсе не нужно быть таким старым моря-
ком, как вы говорите, чтобы знать свое дело. Вот наш друг Эдмон так хо-
рошо справляется, что ему, по-моему, не требуется ничьих советов.
- Да, - отвечал Данглар, бросив на Дантеса косой взгляд, в котором
блеснула ненависть, - да, молодость и самонадеянность. Не успел умереть
капитан, как он принял команду, не посоветовавшись ни с кем, и заставил
нас потерять полтора дня у острова Эльба, вместо того чтобы идти прямо
на Марсель.
- Приняв команду, - сказал арматор, - он исполнил свой долг как по-
мощник капитана, но терять полтора дня у острова Эльба было неправильно,
если только корабль не нуждался в починке.
- Корабль был цел и невредим, господин Моррель, а эти полтора дня по-
теряны из чистого каприза, ради удовольствия сойти на берег, только и
всего.
- Дантес! - сказал арматор, обращаясь к юноше. - Подите-ка сюда.
- Простите, сударь, - отвечал Дантес, - через минуту я к вашим услу-
гам.
Потом, обращаясь к экипажу, скомандовал:
- Отдать якорь!
Тотчас же якорь отдали, и цепь с грохотом побежала. Дантес оставался
на своем посту, несмотря на присутствие лоцмана, до тех пор, пока не был
выполнен и этот последний маневр.
Потом он крикнул:
- Вымпел приспустить до половины, флаг завязать узлом, реи скрестить!
- Вот видите, - сказал Данглар, - он уже воображает себя капитаном,
даю вам слово.
- Да он и есть капитан, - отвечал арматор.
- Да, только не утвержден еще ни вами, ни вашим компаньоном, господин
Моррель.
- Отчего же нам не оставить его капитаном? - сказал арматор. - Прав-
да, он молод, но, кажется, предан делу я очень опытен.
Лицо Данглара омрачилось.
- Извините, господин Моррель, - сказал Дантес, подходя, - якорь от-
дан, и я к вашим услугам. Вы, кажется, звали меня?
Данглар отступил на шаг.
- Я хотел вас спросить, зачем вы заходили на остров Эльба?
- Сам не знаю. Я исполнял последнее распоряжение капитана Леклера.
Умирая, он велел мне доставить пакет маршалу Бертрану.
- Так вы его видели, Эдмон?
- Кого?
- Маршала.
- Да.
Моррель оглянулся и отвел Дантеса в сторону.
- А что император? - спросил он с живостью.
- Здоров, насколько я мог судить.
- Так вы и самого императора видели?
- Он вошел к маршалу, когда я у него был.
- И вы говорили с ним?
- То есть он со мной говорил, - отвечал Дантес с улыбкой.
- Что же он вам сказал?
- Спрашивал о корабле, о времени отбытия в Марсель, о нашем курсе, о
грузе. Думаю, что, если бы корабль был пустой и принадлежал мне, он го-
тов был бы купить его; но я сказал ему, что я только заступаю место ка-
питала и что корабль принадлежит торговому дому "Моррель и Сын". "А,
знаю, - сказал он, - Моррели - арматоры из рода в род, и один Моррель
служил в нашем полку, когда Я стоял в Балансе".
- Верно! - вскричал радостно арматор. - Это был Поликар Моррель, мой
дядя, который дослужился до капитана. Дантес, вы скажете моему дяде, что
император вспомнил о нем, и вы увидите, как старый ворчун заплачет. Ну,
ну, - продолжал арматор, дружески хлопая молодого моряка по плечу, - вы
хорошо сделали, Дантес, что исполнили приказ капитана Леклера и остано-
вились у Эльбы; хотя, если узнают, что вы доставили пакет маршалу и го-
ворили с императором, то это может вам повредить.
- Чем же это может мне повредить? - отвечал Дантес. - Я даже не знаю,
что было в пакете, а император задавал мне вопросы, какие задал бы пер-
вому встречному. Но разрешите: вот едут карантинные и таможенные чинов-
ники.
- Ступайте, ступайте, дорогой мой!
Молодой человек удалился, и в ту же минуту подошел Данглар.
- Ну что? - спросил он. - Он, по-видимому, объяснил вам, зачем он за-
ходил в Порто-Феррайо?
- Вполне, дорогой Данглар.
- А! Тем лучше, - отвечал тот. - Тяжело видеть, когда товарищ не ис-
полняет своего долга.
- Дантес свой долг исполнил, и тут ничего не скажешь, - возразил ар-
матор. - Это капитан Леклер приказал ему остановиться у Эльбы.
- Кстати, о капитане Леклере; он отдал вам его письмо?
- Кто?
- Дантес.
- Мне? Нет. Разве у него было письмо?
- Мне казалось, что, кроме пакета, капитан дал ему еще и письмо.
- О каком пакете вы говорите, Данглар?
- О том, который Дантес отвез в Порто-Феррайо.
- А откуда вы знаете, что Дантес отвозил пакет в Порто-Феррайо?
Данглар покраснел.
- Я проходил мимо каюты капитана и видел, как он отдавал Дантесу па-
кет и письмо.
- Он мне ничего не говорил, но если у него есть письмо, то он мне его
передаст.
Данглар задумался.
- Если так, господин Моррель, то прошу вас, не говорите об этом Дан-
тесу. Я, верно, ошибся.
В эту минуту молодой моряк возвратился. Данглар опять отошел.
- Ну что, дорогой Дантес, вы свободны? - спросил арматор.
- Да, господин Моррель.
- Как вы скоро покончили!
- Да, я вручил таможенникам списки наших товаров, а из порта прислали
с лоцманом человека, которому я и передал наши бумаги.
- Так вам здесь нечего больше делать?
Дантес быстро осмотрелся.
- Нечего, все в порядке, - сказал он.
- Так поедем обедать к нам.
- Прошу прощенья, господин Моррель, но прежде всего я должен пови-
даться с отцом. Благодарю вас за честь...
- Правильно, Дантес, правильно. Я знаю, что вы хороший сын.
- А мой отец, - спросил Дантес нерешительно, - он здоров, вы не знае-
те?
- Думаю, что здоров, дорогой Эдмон, хотя я его не видал.
- Да, он все сидит в своей комнатушке.
- Это доказывает по крайней мере, что он без вас не нуждался ни в
чем.
Дантес улыбнулся.
- Отец мой горд, и если бы он даже нуждался во всем, то ни у кого на
свете, кроме бога, не попросил бы помощи.
- Итак, навестив отца, вы, надеюсь, придете к нам?
- Еще раз извините, господин Моррель, но у меня есть другой долг, ко-
торый для меня так же драгоценен.
- Да! Я и забыл, что в Каталанах кто-то ждет вас с таким же нетерпе-
нием, как и ваш отец, - прекрасная Мерседес.
Дантес улыбнулся.
- Вот оно что! - продолжал арматор. - Теперь я понимаю, почему она
три раза приходила справляться, скоро ли прибудет "Фараон". Черт возьми,
Эдмон, вы счастливец, подружка хоть куда!
- Она мне не подружка, - серьезно сказал моряк, - она моя невеста.
- Иногда это одно и то же, - засмеялся арматор.
- Не для нас, - отвечал Дантес.
- Хорошо, Эдмон, я вас не удерживаю. Вы так хорошо устроили мои дела,
что я должен дать вам время на устройство ваших. Не нужно ли вам денег?
- Нет, не нужно. У меня осталось все жалованье, полученное за время
плавания, то есть почти за три месяца.
- Вы аккуратный человек, Эдмон.
- Не забудьте, господин Моррель, что мой отец беден.
- Да, да, я знаю, что вы хороший сын. Ступайте к отцу. У меня тоже
есть сын, и я бы очень рассердился на того, кто после трехмесячной раз-
луки помешал бы ему повидаться со мной.
- Так вы разрешите? - сказал молодой человек, кланяясь.
- Идите, если вам больше нечего мне сказать.
- Больше нечего.
- Капитан Леклер, умирая, не давал вам письма ко мне?
- Он не мог писать; но ваш вопрос напомнил мне, что я должен буду
попроситься у вас в двухнедельный отпуск.
- Для свадьбы?
- И для свадьбы и для поездки в Париж.
- Пожалуйста. Мы будем разгружаться недель шесть и выйдем в море не
раньше как месяца через три. Но через три месяца вы должны быть здесь, -
продолжал арматор, хлопая молодого моряка по плечу. - "Фараон" не может
идти в плавание без своего капитана.
- Без своего капитана! - вскричал Дантес, и глаза его радостно заб-
лестели. - Говорите осторожнее, господин Моррель, потому что вы сейчас
ответили на самые тайные надежды моей души. Вы хотите назначить меня ка-
питаном "Фараона"?
- Будь я один, дорогой мой, я бы протянул вам руку и сказал: "Готово
дело!" Но у меня есть компаньон, а вы знаете итальянскую пословицу: "Chi
ha compagno ha padrone" [1]. Но половина дела сделана, потому что из
двух голосов один уже принадлежит вам. А добыть для вас второй - предос-
тавьте мне.
- О господин Моррель! - вскричал юноша со слезами на глазах, сжимая
ему руки, - благодарю вас от имени отца и Мерседес.
- Ладно, ладно, Эдмон, есть же для честных людей бог на небе, черт
возьми! Повидайтесь с отцом, повидайтесь с Мерседес, а потом приходите
ко мне.
- Вы не хотите, чтобы я отвез вас на берег?
- Нет, благодарю. Я останусь здесь и просмотрю счета с Дангларом. Вы
были довольны им во время плавания?
- И доволен и нет. Как товарищем - нет. Мне кажется, он меня невзлю-
бил с тех пор, как однажды, повздорив с ним, я имел глупость предложить
ему остановиться минут на десять у острова Монте-Кристо, чтобы разрешить
наш спор; конечно, мне не следовало этого говорить, в он очень умно сде-
лал, что отказался. Как о бухгалтере о нем ничего нельзя сказать дурного
и вы, вероятно, будете дон вольны им.
- Но скажите, Дантес, - спросил арматор, - если бы вы были капитаном
"Фараона", вы бы по собственной воле оставили у себя Данглара?
- Буду ли я капитаном или помощником, господин Моррель, я всегда буду
относиться с полным уважением к уем лицам, которые пользуются доверием
моих хозяев.
- Правильно, Дантес. Вы во всех отношениях славный малый. А теперь
ступайте; я вижу, вы как на иголках.
- Так я в отпуску?
- Ступайте, говорят вам.
- Вы мне позволите взять вашу лодку?
- Возьмите.
- До свидания, господин Моррель. Тысячу раз благодарю вас.
- До свидания, Эдмон. Желаю удачи!
Молодой моряк спрыгнул в лодку, сел у руля и велел грести к улице
Каннебьер. Два матроса налегли на весла, в лодка понеслась так быстро,
как только позволяло множество других лодок, которые загромождали узкий
проход, ведущий, между двумя рядами кораблей, от входа в порт к Орлеанс-
кой набережной.
Арматор с улыбкой следил за ним до самого берега, видел, как он вып-
рыгнул на мостовую и исчез в пестрой толпе, наполняющей с пяти часов ут-
ра до девяти часов вечера знаменитую улицу Каннебьер, которой современ-
ные фокейцы так гордятся, что говорят самым серьезным образом, с своим
характерным акцентом: "Будь в Париже улица Каннебьер, Париж был бы ма-
леньким Марселем".
Оглянувшись, арматор увидел за своей спиной Данглара, который, каза-
лось, ожидал его приказаний, а на самом деле, как и он, провожал взгля-
дом молодого моряка. Но была огромная разница в выражении этих двух
взглядов, следивших за одним и тем же человеком.
II. ОТЕЦ И СЫН
Пока Данглар, вдохновляемый ненавистью, старается Чернить своего то-
варища в глазах арматора, последуем за Дантесом, который, пройдя всю
улицу Каннебьер, миновал улицу Ноайль, вошел в небольшой дом по левой
стороне Мельянских аллей, быстро поднялся по темной лестнице на пятый
этаж и, держась одной рукой за перила, а Другую прижимая к сильно бьюще-
муся сердцу, остановился перед полуотворенной дверью, через которую мож-
но было видеть всю каморку.
В этой каморке жил его отец.
Известие о прибытии "Фараона" не дошло еще до старика, который, взоб-
равшись на стул, дрожащей рукой поправлял настурции и ломоносы, обвивав-
шие его окошко. Вдруг кто-то обхватил его сзади, и он услышал знакомый
голос:
- Отец!
Старик вскрикнул и обернулся. Увидав сына, он бросился в его объятия,
весь бледный и дрожащий.
- Что с тобой, отец? - спросил юноша с беспокойством. - Ты болен?
- Нет, нет, милый Эдмон, сын мой, дитя мое, нет! Но я не ждал тебя...
Ты застал меня врасплох... это от радости. Боже мой! Мне кажется, что я
умру?
- Успокойся, отец, это же я. Все говорят, что радость не может повре-
дить, вот почему я так прямо и вошел к тебе. Улыбнись, не смотри на меня
безумными глазами. Я вернулся домой, и все будет хорошо.
- Тем лучше, дитя мое, - отвечал старик, - но как же все будет хоро-
шо? Разве мы больше не расстанемся? Расскажи же мне о твоем счастье!
- Да простит мне господь, что я радуюсь счастью, построенному на горе
целой семьи, но, видит бог, я не желал этого счастья. Оно пришло само
собой, и у меня нет сил печалиться. Капитан Леклер скончался, и весьма
вероятно, что благодаря покровительству Морреля я получу его место. По-
нимаете, отец? В двадцать лет я буду капитаном! Сто луидоров жалованья и
доля в прибылях! Разве мог я, бедный матрос, ожидать этого?
- Да, сын мой, ты прав, - сказал старик, - это большое счастье.
- И я хочу, чтобы на первые же деньги вы завели себе домик с садом
для ваших ломоносов, настурций и жимолости... Но что с тобой, отец? Тебе
дурно?
- Ничего, ничего... сейчас пройдет!
Силы изменили старику, и он откинулся назад.
- Сейчас, отец! Выпей стакан вина, это тебя подкрепит. Где у тебя ви-
но?
- Нет, спасибо, не ищи, не надо, - сказал старик, стараясь удержать
сына.
- Как не надо!.. Скажите, где вино?
Он начал шарить в шкафу.
- Не ищи... - сказал старик. - Вина нет...
- Как нет? - вскричал Дантес. Он с испугом глядел то на впалые блед-
ные щеки старика, то на пустые полки. - Как нет вина? Вам не хватило де-
нег, отец?
- У меня всего вдоволь, раз ты со мною, - отвечал старик.
- Однако же, - прошептал Дантес, отирая пот с лица, - я вам оставил
двести франков назад тому три месяца, когда уезжал.
- Да, да, Эдмон, но ты, уезжая, забыл вернуть должок соседу Кадруссу;
он мне об этом напомнил и сказал, что если я не заплачу за тебя, то он
пойдет к господину Моррелю. Я боялся, что это повредит тебе...
- И что же?
- Я и заплатил.
- Но ведь я был должен Кадруссу сто сорок франков! - вскричал Дантес.
- Да, - пролепетал старик.
- И вы их заплатили из двухсот франков, которые я вам оставил?
Старик кивнул головой.
- И жили целых три месяца на шестьдесят франков?
- Много ли мне надо, - отвечал старик.
- Господи! - простонал Эдмон, бросаясь на колени перед отцом.
- Что с тобой?
- Никогда себе этого не прощу.
- Брось, - сказал старик с улыбкой, - ты вернулся, и все забыто. Ведь
теперь все хорошо.
- Да, я вернулся, - сказал юноша, - вернулся с наилучшими надеждами и
с кое-какими деньгами... Вот, отец, берите, берите и сейчас же пошлите
купить что-нибудь.
И он высыпал на стол дюжину золотых, пять или шесть пятифранковых мо-
нет и мелочь.
Лицо старого Дантеса просияло.
- Чье это? - спросил он.
- Да мое... твое наше! Бери, накупи провизии, не жалей денег, завтра
я еще принесу.
- Постой, постой, - сказал старик улыбаясь. - С твоего позволения я
буду тратить деньги потихоньку; если я сразу много накуплю, то еще, по-
жалуй, люди подумают, что мне пришлось для этого ждать твоего возвраще-
ния.
- Делай, как тебе угодно, но прежде всего найми служанку. Я не хочу,
чтобы ты жил один. У меня в трюме припрятан контрабандный кофе и чудес-
ный табак; завтра же ты их получишь. Тише! Кто-то идет.
- Это, должно быть, Кадрусс. Узнал о твоем приезде и идет поздравить
тебя с счастливым возвращением.
- Вот еще уста, которые говорят одно, между тем как сердце думает
другое, - прошептал Эдмон. - Но все равно, он наш сосед и оказал нам
когда-то услугу! Примем его ласково.
Не успел Эдмон договорить, как в дверях показалась черная бородатая
голова Кадрусса. Это был человек лет двадцати пяти-шести; в руках он
держал кусок сукна, который он согласно своему ремеслу портного намере-
вался превратить в одежду.
- А! Приехал, Эдмон! - сказал он с сильным марсельским акцентом, ши-
роко улыбаясь, так что видны были все его зубы, белые, как слоновая
кость.
- Как видите, сосед Кадрусс, я к вашим услугам, если вам угодно, -
отвечал Дантес, с трудом скрывая холодность под любезным тоном.
- Покорно благодарю. К счастью, мне ничего не нужно, и даже иной раз
другие во мне нуждаются. (Дантес вздрогнул.) Я не про тебя говорю, Эд-
мон. Я дал тебе денег взаймы, ты мне их отдал; так водится между добрыми
соседями, и мы в расчете.
- Никогда не бываешь в расчете с теми, кто нам помог, - сказал Дан-
тес. - Когда денежный долг возвращен, остается долг благодарности.
- К чему говорить об этом? Что было, то прошло. Поговорим лучше о
твоем счастливом возвращении. Я пошел в порт поискать коричневого сукна
и встретил своего приятеля Данглара.
"Как, ты в Марселе?" - говорю ему.
"Да, как видишь".
"А я думал, ты в Смирне".
"Мог бы быть и там, потому что прямо оттуда".
"А где же наш Эдмон?"
"Да, верно, у отца", - отвечал мне Данглар. Вот я к пришел, - продол-
жал Кадрусс, - чтобы приветствовать Друга.
- Славный Кадрусс, как он нас любит! - сказал старик.
- Разумеется, люблю и притом еще уважаю, потому что честные люди ред-
ки... Но ты никак разбогател, приятель? - продолжал портной, искоса
взглянув на кучку золота и серебра, выложенную на стол Дантесом.
Юноша заметил искру жадности, блеснувшую в черных глазах соседа.
- Это не мои деньги, - отвечал он небрежно - Я сказал отцу, что боял-
ся найти его в нужде, а он, чтобы успокоить меня, высыпал на стол все,
что было у него в кошельке. Спрячьте деньги, отец, если только соседу
они не нужны.
- Нет, друг мой, - сказал Кадрусс, - мне ничего не нужно; слава богу,
ремесло мастера кормит. Береги денежки, лишних никогда не бывает. При
всем том я тебе благодарен за твое предложение не меньше, чем если бы я
им воспользовался.
- Я предложил от сердца, - сказал Дантес.
- Не сомневаюсь. Итак, ты в большой дружбе с Моррелем, хитрец ты эта-
кий?
- Господин Моррель всегда был очень добр ко мне, - отвечал Дантес.
- В таком случае ты напрасно отказался от обеда.
- Как отказался от обеда? - спросил старый Дантес. - Разве он звал
тебя обедать?
- Да, отец, - отвечал Дантес и улыбнулся, заметив, как поразила ста-
рика необычайная честь, оказанная его сыну.
- А почему же ты отказался, сын? - спросил старик.
- Чтобы пораньше прийти к вам, отец, - ответил молодой человек. - Мне
не терпелось увидеться с вами.
- Моррель, должно быть, обиделся, - продолжал Кадрусс, - а когда ме-
тишь в капитаны, не следует перечить арматору.
- Я объяснил ему причину отказа, и он понял меня, надеюсь.
- Чтобы стать капитаном, надобно немножко подольститься к хозяевам.
- Я надеюсь быть капитаном и без этого, - отвечал Дантес.
- Тем лучше, тем лучше! Это порадует всех старых твоих друзей. А там,
за фортом святого Николая, я знаю кое-кого, кто будет особенно доволен.
- Мерседес? - спросил старик.
- Да, отец, - сказал Дантес. - И теперь, когда я вас повидал, когда я
знаю, что вы здоровы и что у вас есть все, что вам нужно, я попрошу у
вас позволения отправиться в Каталаны.
- Ступай, дитя мое, ступай, - отвечал старый Дантес, - и да благосло-
вит тебя господь женой, как благословил меня сыном.
- Женой! - сказал Кадрусс. - Как вы, однако, спешите; она еще не жена
ему как будто!
- Нет еще, но, по всем вероятием, скоро будет, - отвечал Эдмон.
- Как бы то ни было, - сказал Кадрусс, - ты хорошо сделал, что поспе-
шил с приездом.
- Почему?
- Потому что Мерседес - красавица, а у красавиц нет недостатка в пок-
лонниках; у этой - особенно: они дюжинами ходят за ней.
- В самом деле? - сказал Дантес с улыбкой, в которой заметна была
легкая тень беспокойства.
- Да, да, - продолжал Кадрусс, - и притом завидные женихи; но, сам
понимаешь, ты скоро будешь капитаном, и тебе едва ли откажут.
- Это значит, - подхватил Дантес с улыбкой, которая едва прикрывала
его беспокойство, - это значит, что если бы я не стал капитаном...
- Гм! Гм! - пробормотал Кадрусс.
- Ну, - сказал молодой человек, - я лучшего мнения, чем вы, о женщи-
нах вообще и о Мерседес в особенности, и я убежден, что, буду я капита-
ном или нет, она останется мне верна.
- Тем лучше, - сказал Кадрусс, - тем лучше! Когда женишься, нужно
уметь верить; но все равно, приятель, я тебе говорю; не теряй времени,
ступай, объяви ей о своем приезде и поделись своими надеждами.
- Иду, - отвечал Эдмон.
Он поцеловал отца, кивнул Кадруссу и вышел.
Кадрусс посидел у старика еще немного, потом, простившись с ним, тоже
вышел и вернулся к Данглару, который ждал его на углу улицы Сенак.
- Ну, что? - спросил Данглар. - Ты его видел?
- Видел, - ответил Кадрусс.
- И он говорил тебе о своих надеждах на капитанство?
- Он говорит об этом так, как будто он уже капитан.
АР.
- Вот как! - сказал Данглар. - Уж больно он торопится!
- Но Моррель ему, как видно, обещал...
- Так он очень весел?
- Даже до дерзости; он уже предлагал мне свои услуги, как какая-ни-
будь важная особа; предлагал мне денег, как банкир.
- И ты отказался?
- Отказался. А мог бы взять у него взаймы, потому что не кто другой,
как я, одолжил ему первые деньги, которые он видел в своей жизни. Но те-
перь господин Дантес ни в ком не нуждается: он скоро будет капитаном!
- Ну, он еще не капитан!
- Правду сказать, хорошо было бы, если бы он им и не стал, - продол-
жал Кадрусс, - а то с ним и говорить нельзя будет.
- Если мы захотим, - сказал Данглар, - он будет тем же, что и теперь,
а может быть, и того меньше.
- Что ты говоришь?
- Ничего, я говорю сам с собою. И он все еще влюблен в прекрасную ка-
таланку?
- До безумия; уже побежал туда. Но или я очень ошибаюсь, или с этой
стороны его ждут неприятности.
- Скажи яснее.
- Зачем?
- Это гораздо важнее, чем ты думаешь. Ведь ты не любишь Дантеса?
- Я не люблю гордецов.
- Так скажи мне все, что знаешь о каталанке.
- Я не знаю ничего наверное, но видел такие вещи, что думаю, как бы у
будущего капитана не вышло неприятностей на дороге у Старой Больницы.
- Что же ты видел? Ну, говори.
- Я видел, что каждый раз, как Мерседес приходит в город, ее провожа-
ет рослый детина, каталанец, с черными глазами, краснолицый, черноволо-
сый, сердитый. Она называет его двоюродным братом.
- В самом деле!.. И ты думаешь, что этот братец за нею волочится?
- Предполагаю, - как же может быть иначе между двадцатилетним детиной
и семнадцатилетней красавицей?
- И ты говоришь, что Дантес пошел в Каталаны?
- Пошел при мне.
- Если мы пойдем туда же, мы можем остановиться в "Резерве" и за ста-
каном мальгского вина подождать новостей.
- А кто нам их сообщит?
- Мы будем на его пути и по лицу Дантеса увидим, что произошло.
- Идем, - сказал Кадру ее, - но только платишь ты.
- Разумеется, - отвечал Данглар.
И оба быстрым шагом направились к назначенному месту. Придя в трак-
тир, они велели подать бутылку вина и два стакана.
От старика Памфила они узнали, что минут десять тому назад Дантес
прошел мимо трактира.
Удостоверившись, что Дантес в Каталанах, они сели под молодой листвой
платанов и сикомор, в ветвях которых веселая стая птиц воспевала один из
первых ясных дней весны.
III КАТАЛАНЦЫ
В ста шагах от того места, где оба друга, насторожив уши и поглядывая
на дорогу, прихлебывали искрометное мальгское вино, за лысым пригорком,
обглоданным солнцем и мистралями, лежало селение Каталаны.
Однажды из Испании выехали какие-то таинственные переселенцы и прис-
тали к тому клочку земли, на котором они живут и поныне Они явились не-
ведомо откуда и говорили на незнакомом языке Один из начальников, пони-
мавший провансальский язык, попросил у города Марселя позволения завла-
деть пустынным мысом, на который они, по примеру древних мореходов, вы-
тащили свои суда. Просьбу уважили, и три месяца спустя вокруг десятка
судов, привезших этих морских цыган, выросло небольшое селение В этом
своеобразном и живописном селенье, полумавританском, полуиспанском, и
поныне живут потомки этих людей, говорящие на языке своих дедов В про-
должение трех или четырех веков они остались верны своему мысу, на кото-
рый опустились, как стая морских птиц, они нимало не смешались с мар-
сельскими жителями, женятся только между собой и сохраняют нравы и одеж-
ду своей родины так же, как сохранили ее язык.
Мы приглашаем читателя последовать за нами по единственной улице се-
ления и зайти в один из домиков, солнце снаружи окрасило его стены в
цвет опавших листьев, одинаковый для всех старинных построек этого края,
а внутри кисть маляра сообщила им белизну, составляющую единственное ук-
рашение испанских роsadas [2].
Красивая молодая девушка, с черными, как смоль, волосами, с бархатны-
ми, как у газели, глазами, стояла, прислонившись к перегородке, и в тон-
ких, словно выточенных античным ваятелем пальцах мяла ни в чем не повин-
ную ветку вереска, оборванные цветы и листья уже усеяли пол; руки ее,
обнаженные до локтя, покрытые загаром, но словно скопированные с рук Ве-
неры Арльской, дрожали от волнения, а легкой ножкой с высоким подъемом
она нетерпеливо постукивала по полу, так что можно было видеть ее строй-
ные, изящные икры, обтянутые красным чулком с серыми и синими стрелками.
В трех шагах от нее, покачиваясь на стуле и опершись локтем на старый
комод, статный молодец лет двадцати - двадцати двух смотрел на нее с
беспокойством и досадой; в его глазах был вопрос, но твердый и упорный
взгляд девушки укрощал собеседника.
- Послушай, Мерседес, - говорил молодой человек, - скоро пасха, самое
время сыграть свадьбу. Ответь же мне!
- Я тебе уже сто раз отвечала, Фернан, и ты сам себе враг, если опять
спрашиваешь меня.
- Ну, так повтори еще, умоляю тебя, повтори еще, чтобы я мог пове-
рить. Скажи мне в сотый раз, что отвергаешь мою любовь, которую благос-
ловила твоя мать; заставь меня понять, что ты играешь моим счастьем, что
моя жизнь или смерть для тебя - ничто! Боже мой! Десять лет мечтать о
том, чтобы стать твоим мужем, Мерседес, и потерять эту надежду, которая
была единственной целью моей жизни!
- По крайней мере не я поддерживала в тебе эту надежду, - отвечала
Мерседес, - ты не можешь меня упрекнуть, что я когда-нибудь завлекала
тебя. Я всегда говорила тебе, я люблю тебя, как брата, но никогда не
требуй от меня ничего, кроме этой братской дружбы, потому что сердце мое
отдано другому Разве я не говорила тебе этого, Фернан.
- Знаю, знаю, Мерседес, - прервал молодой человек - Да, ты всегда бы-
ла со мной до жестокости прямодушна, но ты забываешь, что для каталанцев
брак только между своими - священный закон.
- Ты ошибаешься, Фернан, это не закон, а просто обычай, только и все-
го, - и верь мне, тебе не стоит ссылаться на этот обычай. Ты вытянул
жребий, Фернан. Если ты еще на свободе, то это просто поблажка, не се-
годня так завтра тебя могут призвать на службу. А когда ты поступишь в
солдаты, что ты станешь делать с бедной сиротой, горемычной, без денег,
у которой нет ничего, кроме развалившейся хижины, где висят старые сети
- жалкое наследство, оставленное моим отцом матери, а матерью - мне? Вот
год, как она умерла, и подумай, Фернан, ведь я живу почти милостыней!
Иногда ты притворяешься, будто я тебе помогаю, и это для того, чтобы
иметь право разделить со мной улов; и я принимаю это, Фернан, потому что
твой отец был брат моего отца, потому что мы выросли вместе и особенно
потому, что отказ мой слишком огорчил бы тебя. Но я чувствую, что
деньги, которые я выручаю за твою рыбу и на которые я покупаю себе лен
для пряжи, - просто милостыня.
- Не все ли мне равно, Мерседес! Бедная и одинокая, ты мне дороже,
чем дочь самого гордого арматора или самого богатого банкира в Марселе!
Что надобно нам, беднякам? Честную жену и хорошую хозяйку. Где я найду
лучше тебя?
- Фернан, - отвечала Мерседес, покачав головою, - можно стать дурной
хозяйкой, и нельзя ручаться, что будешь честной женой, если любишь не
мужа, а другого. Будь доволен моей дружбой, потому что, повторяю, это
все, что я могу тебе обещать, а я обещаю только то, что могу исполнить
наверное.
- Понимаю, - сказал Фернан, - ты терпеливо сносишь свою нищету, но
боишься моей. Так знай же, Мерседес, если ты меня полюбишь, я попытаю
счастья. Ты принесешь мне удачу, и я разбогатею. Я не останусь рыбаком;
я могу наняться конторщиком, могу и сам завести торговлю.
- Ничего этого ты не можешь, Фернан; ты солдат, и если ты сейчас в
Каталанах, то только потому, что нет войны. Оставайся рыбаком, не строй
воздушных замков, после которых действительность покажется тебе еще тя-
гостней, и удовольствуйся моей дружбой. Ничего другого я тебе дать не
могу.
- Да, ты права, Мерседес, я буду моряком; надену вместо дедовской
одежды, которую ты презираешь, лакированную шляпу, полосатую фуфайку и
синюю куртку с якорями на пуговицах. Ведь так должен быть одет человек,
который сможет тебе понравиться?
- Что ты хочешь сказать? - спросила Мерседес, с гордым вызовом взгля-
нув на него. - Что ты хочешь сказать? Я не понимаю тебя.
- Я хочу сказать, Мерседес, ты так сурова и жестока со мною только
потому, что ждешь человека, который одет, как я описал. А вдруг тот, ко-
го ты ждешь, непостоянен, а если не он, непостоянно море?
- Фернан, - вскричала Мерседес, - я думала, что ты добрый, но я ошиб-
лась. Ты злой, если на помощь своей ревности призываешь божий гнев! Да,
я не скрываю: я жду и люблю того, о ком ты говоришь, и если он не вер-
нется, я не стану упрекать его в непостоянстве, а скажу, что он умер,
любя меня.
Каталанец яростно сжал кулаки.
- Я тебя поняла, Фернан: ты хочешь отомстить ему за то, что я не люб-
лю тебя. Ты хочешь скрестить свой каталанский нож с его кинжалом! И что
же? Ты лишишься моей дружбы, если будешь побежден; а если победишь ты,
то моя дружба обернется ненавистью. Поверь мне, искать ссоры с человеком
- плохое средство понравиться женщине, которая этого человека любит.
Нет, Фернан, ты не поддашься дурным мыслям. Раз я не могу быть твоей же-
ной, ты привыкнешь смотреть на меня, как на друга, как на свою сестру.
Притом же, - прибавила она с влажными от слез глазами, - не спеши, Фер-
нан: ты сам сейчас сказал - море коварно, и вот уже четыре месяца как он
уехал, а за четыре месяца я насчитала много бурь!
Фернан остался холоден; он не старался отереть слезы, бежавшие по ще-
кам Мерседес; а между тем за каждую ее слезу он отдал бы стакан своей
крови. Но эти слезы лились из-за другого!
Он встал, прошелся по хижине и остановился перед Мерседес; глаза его
сверкали, кулаки были сжаты.
- Послушай, Мерседес, - сказал он, - отвечай еще раз: это решено?
- Я люблю Эдмона Дантеса, - спокойно ответила девушка, - и, кроме Эд-
мона, никто не будет моим мужем.
- И ты будешь всегда любить его?
- До самой смерти.
Фернан со стоном опустил голову, как человек, потерявший последнюю
надежду; потом вдруг поднял голову и, стиснув зубы, спросил:
- А если он умер?
- Так и я умру.
- А если он тебя забыл?
- Мерседес! - раздался веселый голос за дверью. - Мерседес!
- Ах!.. - вскричала девушка, не помня себя от счастья и любви. - Вот
видишь, он не забыл меня, он здесь!
Она бросилась к двери и отворила ее, крича:
- Сюда, Эдмон! Я здесь!
Фернан, бледный и дрожащий, попятился, как путник, внезапно увидевший
змею, и, наткнувшись на свой стул, бессильно опустился на него.
Эдмон и Мерседес бросились друг другу в объятия. Палящее марсельское
солнце, врываясь в раскрытую дверь, обливало их потоками света Сначала
они не видели ничего кругом. Неизмеримое счастье отделяло их от мира;
они говорили несвязными словами, которые передают порывы такой острой
радости, что становятся похожи на выражение боли.
Вдруг Эдмон заметил мрачное лицо Фернана, которое выступало из полум-
рака, бледное и угрожающее; бессознательно молодой каталанец держал руку
на ноже, висевшем у него на поясе.
- Простите, - сказал Дантес, хмуря брови, - я и не заметил, что нас
здесь трое.
Затем, обращаясь к Мерседес, он спросил:
- Кто этот господин?
- Этот господин будет вашим лучшим другом, Дантес, потому что это мой
друг, мой брат, Фернан, тот человек, которого после вас, Эдмон, я люблю
больше всех на свете. Разве вы не узнали его?
- Да, узнал, - отвечал Эдмон, и, не выпуская руки Мерседес, он сер-
дечно протянул другую руку каталанцу.
Но Фернан, не отвечая на это дружеское движение, оставался нем и нед-
вижим, как статуя.
Тогда Эдмон испытующе посмотрел на дрожавшую Мерседес и на мрачного и
грозного Фернана.
Один взгляд объяснил ему все. Он вспыхнул от гнева.
- Я не знал, когда спешил к тебе, Мерседес, что найду здесь врага.
- Врага! - вскричала Мерседес, гневно взглянув на двоюродного брата -
Найти врага у меня, в моем доме! Если бы я так думала, я взяла бы тебя
под руку и ушла в Марсель, покинув этот дом навсегда.
Глаза Фернана сверкнули.
- И если бы с тобой приключилась беда, мой Эдмон, - продолжала она с
неумолимым спокойствием, которое показывало Фернану, что Мерседес про-
никла в самую глубину его мрачных мыслей, - я взошла бы на мыс Моржион и
бросилась со скалы вниз головой.
Фернан побледнел, как смерть.
- Но ты ошибся, Эдмон, - прибавила она, - здесь у тебя нет врагов,
здесь только мой брат Фернан, и он сейчас пожмет тебе руку, как предан-
ному другу.
И девушка устремила повелительный взгляд на каталанца, который, как
завороженный, медленно подошел к Эдмону и протянул ему руку.
Ненависть его, подобно волне, бешеной, но бессильной, разбилась о не-
одолимую власть, которую эта девушка имела над ним.
Но едва он дотронулся до руки Эдмона, как почувствовал, что сделал
все, что мог, и бросился вон из дому.
- Горе мне! - стонал он, в отчаянии ломая руки. - Кто избавит меня от
этого человека! Горе мне!
- Эй, каталанец! Эй, Фернан! Куда ты? - окликнул его чей-то голос.
Фернан круто остановился, озираясь по сторонам, и увидал Кадрусса,
сидевшего с Дангларом за столом под деревьями.
- Что же ты не идешь к нам? - сказал Кадру ее. - Или ты так спешишь,
что тебе некогда поздороваться с друзьями?
- Особенно, когда перед ними еще почти полная бутылка! - прибавил
Данглар.
Фернан бессмысленно посмотрел на них и не ответил ни слова.
- Он совсем ошалел, - сказал Данглар, толкая Кадрусса ногой. - Что,
если мы ошиблись, и, вопреки нашим ожиданиям, Дантес торжествует победу?
- Сейчас узнаем, - отвечал Кадрусс и, повернувшись к молодому челове-
ку, сказал:
- Ну, что же, каталанец, решаешься или нет?
Фернан отер пот с лица и вошел в беседку; ее тень как будто немного
успокоила его волнение, а прохлада освежила истомленное тело.
- Здравствуйте, - сказал он, - вы, кажется, звали меня?
И он без сил опустился на один из стульев, стаявших вокруг стола.
- Я позвал тебя потому, что ты бежал, как сумасшедший, и я боялся,
что ты, чего доброго, бросишься в море, - сказал, смеясь, Кадрусс. -
Черт возьми! Друзей не только угощают вином; иной раз им еще мешают наг-
лотаться воды.
Фернан не то вздохнул, не то всхлипнул и уронил голову на руки.
- Знаешь, что я тебе скажу, Фернан, - продолжал Кадрусс, начиная раз-
говор с грубой откровенностью простых людей, которые от любопытства за-
бывают все приличия. - Знаешь, ты похож на отставленного воздыхателя!
И он громко захохотал.
- Нет, - отвечал Данглар, - такой молодец не для того создан, чтобы
быть несчастным в любви. Ты шутишь, Кадрусс.
- Вовсе не шучу, ты лучше послушай, как он вздыхает. Ну-ка, Фернан,
подними нос да отвечай нам. Невежливо не отвечать друзьям, когда они
спрашивают о здоровье.
- Я здоров, - сказал Фернан, сжимая кулаки, но не поднимая головы.
- А! Видишь ли, Данглар, - сказал Кадрусс, мигнув своему приятелю, -
дело вот в чем: Фернан, которого ты здесь видишь, добрый и честный ката-
ланец, один из лучших марсельских рыбаков, влюблен в красавицу по имени
Мерседес, но, к несчастью, красавица, со своей стороны, по-видимому,
влюблена в помощника капитана "Фараона", а так как "Фараон" сегодня во-
ротился в порт, то... понимаешь?
- Нет, не понимаю, - отвечал Данглар.
- Бедняга Фернан получил отставку, - продолжал Кадрусс.
- Ну, так что ж? - сказал Фернан, подняв голову и поглядывая на Кад-
русса как человек, ищущий, на ком бы выместить досаду. - Мерседес ни от
кого не зависит, не так ли? И вольна любить, кого ей угодно.
- Если ты так на это смотришь, тогда другое дело! - сказал Кадрусс. -
Я-то думал, что ты каталанец; а мне рассказывали, что каталанцы не из
тех людей, у которых можно отбивать возлюбленных; при этом даже прибав-
ляли, что Фернан особенно страшен в своей мести.
Фернан презрительно улыбнулся.
- Влюбленный никогда не страшен, - сказал он.
- Бедняга! - подхватил Данглар, притворяясь, что жалеет его от всего
сердца. - Что ж делать? Он не ожидал, что Дантес воротится так скоро. Он
думал, что Дантес, быть может, умер, изменил, - как знать? Такие удары
тем более тяжелы, что приходят всегда неожиданно.
- Как бы там ни было, - сказал Кадрусс, который все время пил и на
которого хмельное мальгское вино начинало действовать, - как бы там ни
было, благополучное возвращение Дантеса досаждает не одному Фернану:
верно, Данглар?
- Верно, и я готов поручиться, что это кончится для него плохо.
- Тем не менее, - продолжал Кадрусс, наливая Фернану и наполняя в
восьмой или десятый раз свой собственный стакан, между тем как Данглар
едва пригубил свое вино, - тем не менее он женится на красавице Мерсе-
дес; по крайней мере он для этого воротился.
Все это время Данглар проницательным взором смотрел на Фернана и ви-
дел, что слова Кадрусса падают ему на сердце, как расплавленный свинец.
- А когда свадьба? - спросил Данглар.
- О! До свадьбы еще дело не дошло! - прошептал Фернан.
- Да, но дойдет, - сказал Кадрусс. - Это так же верно, как то, что
Дантес будет капитаном "Фараона". Не правда ли, Данглар?
Данглар вздрогнул при этом неожиданном выпаде, повернулся к Кадруссу
и пристально посмотрел на него, чтобы узнать, с умыслом ли были сказаны
эти слова, но он не прочел ничего, кроме зависти на этом лице, уже пог-
лупевшем от опьянения.
- Итак, - сказал он, наполняя стаканы, - выпьем за капитана Эдмона
Дантеса, супруга прелестной каталанки!
Кадрусс отяжелевшею рукою поднес стакан к губам и одним духом осушил
его. Фернан схватил свой стакан и разбил вдребезги.
- Стойте! - сказал Кадрусс. - Что там такое на пригорке, по дороге из
Каталан? Взгляни-ка, Фернан, у тебя глаза получше. У меня уже двоится в
глазах. Ты знаешь, вино - предатель. Точно двое влюбленных идут рядышком
рука об руку. Ах, боже ты мой! Они не подозревают, что мы их видим, и
целуются!
Данглар следил за каждым движением Фернана, лицо которого приметно
искажалось.
- Знаете вы их, Фернан? - спросил он.
- Да, - отвечал он глухим голосом, - это Эдмон и Мерседес.
- А! Вот оно что! - сказал Кадрусс. - А я и не узнал их. Эй, Дантес!
Эй, красавица! Подите-ка сюда и скажите нам, скоро ли свадьба. Фернан
такой упрямец, не хочет нам сказать.
- Да замолчишь ли ты? - прервал его Данглар, делая вид, будто оста-
навливает Кадрусса, который с упрямством пьяницы высовывался из беседки.
- Держись крепче на ногах и оставь влюбленных в покое. Бери пример с
Фернана: он по крайней мере благоразумен.
Быть может, Фернан, выведенный из себя, подстрекаемый Дангларом, как
бык на арене, не удержался бы, ибо он уже встал и, казалось, вот-вот ки-
нется на соперника, но Мерседес, веселая и непринужденная, подняла пре-
лестную головку и окинула всех светлым взором. Од вспомнил ее угрозу -
умереть, если умрет Эдмон, - и бессильно опустился на стул.
Данглар посмотрел на своих собеседников - на отупевшего от вина и на
сраженного любовью.
- От этих дураков я ничего не добьюсь, - прошептал он, - боюсь, что я
имею дело с пьяницей и с трусом. Вот завистник, который наливается ви-
ном, между тем как ему следовало бы упиваться желчью; вот болван, у ко-
торого из-под носа похищают возлюбленную и который только и знает, что
плачет и жалуется, как ребенок. А между тем у него пылающие глаза, как у
испанцев, сицилийцев и калабрийцев, которые так искусно мстят за себя; у
него такие кулаки, что размозжат голову быку вернее всякого обуха. Поло-
жительно, счастье улыбается Эдмону; он женится на красавице, будет капи-
танам и посмеется над нами, разве только... - мрачная улыбка искривила
губы Данглара, - разве только я тут вмешаюсь.
- Эй! - продолжал кричать Кадрусс, привстав в опершись кулаком о
стол. - Эй, Эдмон! Не видишь ты, что ли, друзей, или уж так загордился,
что не хочешь и говорить с ними?
- Нет, дорогой Кадрусс, - отвечал Дантес, - я совсем не горд, я
счастлив, а счастье, очевидно, ослепляет ее больше, чем гордость.
- Дело! - сказал Кадрусс. - Вот это объяснение! Здравствуйте, госпожа
Дантес!
Мерседес чинно поклонилась.
- Меня так еще не зовут, - сказала она. - У нас считается, что можно
накликать беду, если называть девушку по имени ее жениха, когда этот же-
них еще не стал ей мужем; поэтому называйте меня Мерседес, прошу вас.
- Сосед Кадрусс не так уж виноват, - сказал Дантес, - он не намного
ошибся!
- Так, значит, свадьба будет скоро? - спросил Данглар, раскланиваясь
с молодою парою.
- Как можно скорее. Сегодня сговор у моего отца, а завтра или после-
завтра, никак не позже, обед в честь помолвки здесь, в "Резерве". Наде-
юсь, будут все друзья: это значит, что вы приглашены, господин Данглар;
это значит, что и тебя ждут, Кадрусс.
- А Фернан? - спросил Кадрусс, смеясь пьяным смехом. - Фернан тоже
будет?
- Брат моей жены - мой брат, - сказал Эдмон, - и мы, Мерседес и я,
были бы глубоко огорчены, если бы его не было с нами в такую минуту.
Фернан хотел ответить, но голос замер у него в горле, и он не мог вы-
говорить ни слова.
- Сегодня помолвка... завтра или послезавтра обручение... черт
возьми, вы очень спешите, капитан!
- Данглар, - отвечал Эдмон с улыбкой, - я вам скажу то же, что Мерсе-
дес сказала сейчас Кадруссу: не наделяйте меня званием, которого я еще
не удостоен; это накличет на меня беду.
- Прошу прощенья, - отвечал Данглар. - Я только сказал, что вы очень
спешите. Ведь времени у нас довольно: "Фараон" выйдет в море не раньше
как через три месяца.
- Всегда спешишь быть счастливым, господин Данглар, - кто долго стра-
дал, тот с трудом верит своему счастью. Но это не только себялюбие, - я
должен ехать в Париж.
- Вот как! В Париж! И вы едете туда в первый раз?
- Да.
- У вас там есть дело?
- Не мое: надо исполнить последнее поручение бедного нашего капитана
Леклера. Вы понимаете, Данглар, это дело святое. Впрочем, будьте спокой-
ны, я только съезжу и вернусь.
- Да, да, понимаю, - вслух сказал Данглар.
Потом прибавил про себя:
"В Париж, доставить по назначению письмо, которое ему дал маршал.
Черт возьми! Это письмо подает мне мысль. А, Дантес, друг мой! Ты еще не
значишься в реестре "Фараона" под номером первым!"
И он крикнул вслед удалявшемуся Эдмону:
- Счастливого пути!
- Благодарю, - отвечал Эдмон, оглядываясь через плечо и дружески ки-
вая головою.
И влюбленные продолжали путь, спокойные и счастливые, как два избран-
ника небес...
IV. ЗАГОВОР
Данглар следил глазами за Эдмоном и Мерседес, пока они не скрылись за
фортом св. Николая; потом он снова повернулся к своим собутыльникам.
Фернан, бледный и дрожащий, сидел неподвижно, а Кадрусс бормотал слова
какой-то застольной песни.
- Мне кажется, - сказал Данглар Фернану, - эта свадьба не всем сулит
счастье.
- Меня она приводит в отчаяние, - отвечал Фернан.
- Вы любите Мерседес?
- Я обожаю ее.
- Давно ли?
- С тех пор как мы знаем друг друга; я всю жизнь любил ее.
- И вы сидите тут и рвете на себе волосы, вместо того чтобы искать
средства помочь горю! Черт возьми! Я думал, что не так водится между ка-
таланцами.
- Что же, по-вашему, мне делать? - спросил Фернан.
- Откуда я знаю? Разве это мое дело? Ведь, кажется, не я влюблен в
мадемуазель Мерседес, а вы ищите и обрящете, как сказано в Евангелии.
- Я уж нашел было.
- Что именно?
- Я хотел ударить его кинжалом, но она сказала, что если с ним
что-нибудь случится, она убьет себя.
- Бросьте! Такие вещи говорятся, да не делаются.
- Вы не знаете Мерседес. Если она пригрозила, так уж исполнит.
- Болван! - прошептал Данглар. - Пусть она убивает себя, мне какое
дело, лишь бы Дантес не был капитаном.
- А прежде чем умрет Мерседес, - продолжал Фернан с твердой реши-
мостью, - я умру.
- Вот любовь-то! - закричал Кадрусс пьяным голосом. - Вот это любовь
так любовь, или я ничего в этом не понимаю!
- Послушайте, - сказал Данглар, - вы, сдается мне, славный малый, и я
бы хотел, черт меня побери, помочь вашему горю, но...
- Да, - подхватил Кадрусс, - говори.
- Любезный, - прервал его Данглар, - ты уже почти пьян; допей бутыл-
ку, и ты будешь совсем готов. Пей и не мешайся в наши дела. Для наших
дел надобно иметь свежую голову.
- Я пьян? - вскричал Кадрусс. - Вот тоже! Я могу выпить еще четыре
таких бутылки: это же пузырьки изпод одеколона! Папаша Памфил, вина!
И Кадрусс стукнул стаканом по столу.
- Так вы говорите... - сказал Фернан Данглару, с жадностью ожидая
окончания прерванной фразы.
- Я уж не помню, что говорил. Этот пьяница спутал все мои мысли.
- Ну и пусть пьяница; тем хуже для тех, кто боится вина; у них, вер-
но, дурные мысли, и они боятся, как бы вино не вывело их наружу.
И Кадрусс затянул песенку, бывшую в то время в большой моде:
Все злодеи - водопийцы,
Что доказано потопом.
- Вы говорили, - продолжал Фернан, - что хотели бы помочь моему горю,
но, прибавили вы...
- Да. Но чтобы помочь вашему горю, надо помешать Дантесу жениться на
той, которую вы любите, свадьба, по-моему, легко может не состояться и
без смерти Дантеса.
- Только смерть может разлучить их, - сказал Фернан.
- Вы рассуждаете, как устрица, друг мой, - прервал его Кадрусс, - а
Данглар у нас умник, хитрец, ученый, он докажет вам, что вы ошибаетесь.
Докажи, Данглар. Я поручился за тебя. Докажи, что Дантесу не нужно уми-
рать; притом жалко будет, если Дантес умрет. Он добрый малый, я люблю
Дантеса. За твое здоровье, Дантес!
Фернан, досадливо махнув рукой, встал из-за стола.
- Пусть его, - сказал Данглар, удерживая каталанца, - он хоть пьян, а
не так далек от истины. Разлука разделяет не хуже смерти; представьте
себе, что между Дантесом и Мерседес выросла тюремная стена; она разлучит
их точно так же, как могильный камень.
- Да, но из тюрьмы выходят, - сказал Кадрусс, который, напрягая ос-
татки соображения, цеплялся за разговор, - а когда человек выходит из
тюрьмы и когда он зовется Эдмон Дантес, то он мстит.
- Пусть! - прошептал Фернан.
- Притом же, - заметил Кадрусс, - за что сажать Дантеса в тюрьму? Он
не украл, не убил, не зарезал...
- Замолчи! - прервал его Данглар.
- Не желаю молчать! - сказал Кадрусс. - Я желаю, чтобы мне сказали,
за что сажать Дантеса в тюрьму. Я люблю Дантеса. За твое здоровье, Дан-
тес!
И он осушил еще стакан вина.
Данглар посмотрел в окончательно посоловевшие глаза портного и, по-
вернувшись к Фернану, сказал:
- Теперь вы понимаете, что нет нужды убивать его?
- Разумеется, не нужно, если только, как вы говорите, есть средство
засадить Дантеса в тюрьму. Но где это средство?
- Если хорошенько поискать, так найдется, - сказал Данглар. - А впро-
чем, - продолжал он, - чего ради я путаюсь в это дело? Ведь меня оно не
касается.
- Не знаю, касается ли оно вас, - вскричал Фернан, хватая его за ру-
ку, - но знаю, что у вас есть причины ненавидеть Дантеса. Кто сам нена-
видит, тот не ошибается и в чужом чувстве.
- У меня причины ненавидеть Дантеса? Никаких, даю вам слово. Я видел,
что вы несчастны, и ваше горе возбудило во мне участив, вот и все. Но
если вы думаете, что я стараюсь для себя, тогда прощайте, любезный друг,
выпутывайтесь из беды, как знаете.
Данглар сделал вид, что хочет встать.
- Нет, останьтесь! - сказал Фернан, удерживая его. - Не все ли мне
равно в конце концов, ненавидите вы Дантеса или нет. Я его ненавижу и не
скрываю этого. Найдите средство, и я все исполню; только не смерть, по-
тому что Мерседес сказала, что она умрет, если убьют Дантеса.
Кадрусс, опустивший голову на стол, поднял ее и посмотрел тяжелым и
бессмысленным взглядом на Фернана и Данглара.
- Убьют Дантеса! - сказал он. - Кто собирается убить Дантеса? Не же-
лаю, чтобы его убивали. Он мне друг, еще сегодня утром он предлагал по-
делиться со мной деньгами, как поделился с ним я. Не желаю, чтобы убива-
ли Дантеса!
- Да кто тебе говорит, что его хотят убить, дурак! - прервал Данглар.
- Мы просто шутим. Выпей за его здоровье, - продолжал он, наполняя ста-
кан Кадрусса, - и оставь нас в покое.
- Да, да, за здоровье Дантеса! - сказал Кадрусс, выпивая вино. - За
его здоровье!.. За его здоровье!.. Вот!..
- Но... средство?.. средство? - спрашивал Фернан.
- Так вы еще не нашли его?
- Нет, ведь вы взялись сами...
- Это правда, - сказал Данглар. - У французов перед испанцами то пре-
имущество, что испанцы обдумывают, а французы придумывают.
- Ну, так придумайте! - нетерпеливо крикнул Фернан.
- Человек! - крикнул Данглар. - Перо, чернил и бумаги!
- Перо, чернил и бумаги? - пробормотал Фернан.
- Да, я бухгалтер: перо, чернила и бумага - мои орудия, без них я ни-
чего не могу сделать.
.
-
(
-
)
1
2
.
,
.
3
,
.
4
5
*
*
6
7
8
9
.
.
10
11
12
13
-
-
14
"
"
,
,
15
.
16
,
,
17
.
18
,
,
.
-
19
,
,
-
20
,
"
"
,
,
,
-
21
.
22
;
,
23
24
,
,
25
,
,
,
26
,
,
.
27
,
,
-
28
,
,
:
-
29
,
,
,
-
30
"
"
,
-
31
,
,
32
.
33
,
,
-
34
,
,
35
;
"
"
,
-
36
.
37
,
,
-
38
,
.
39
-
,
,
,
-
40
,
,
;
41
,
,
42
.
43
-
!
,
!
-
.
-
?
-
44
?
45
-
,
,
-
,
-
46
,
:
-
-
47
.
48
-
?
-
.
49
-
,
,
,
50
.
.
.
.
.
.
51
-
?
-
-
52
.
-
?
53
-
.
54
-
?
55
-
,
,
,
-
.
56
,
,
:
57
-
!
!
!
58
.
,
59
,
,
,
,
60
-
,
.
61
,
,
-
62
,
.
63
-
?
-
,
64
.
65
-
.
66
;
67
;
.
.
.
68
,
,
69
,
.
70
.
,
-
,
-
71
,
,
,
-
72
!
73
-
,
!
-
,
,
-
,
74
.
-
,
,
-
75
,
-
.
,
76
.
.
.
77
-
,
,
.
,
78
,
79
.
80
,
"
"
,
:
81
-
-
!
-
!
-
!
-
82
!
83
,
84
.
85
-
!
!
86
,
87
,
.
88
-
,
,
,
-
89
,
.
-
,
-
90
,
.
,
-
91
.
.
92
.
,
93
,
,
-
94
,
,
,
-
95
,
,
-
96
,
,
,
.
97
,
,
98
,
.
,
-
99
,
,
-
100
,
.
101
-
,
,
-
,
-
102
?
103
-
!
!
!
!
104
-
-
,
,
105
,
106
,
"
"
,
-
.
107
-
,
-
,
,
108
,
-
-
109
,
,
.
-
110
,
,
-
,
.
111
-
,
-
,
,
112
,
-
,
.
113
,
,
,
114
,
115
.
116
-
,
-
,
-
-
117
,
,
118
.
119
-
,
,
-
120
,
,
121
.
122
-
!
-
,
.
-
-
.
123
-
,
,
-
,
-
-
124
.
125
,
,
:
126
-
!
127
,
.
128
,
,
,
129
.
130
:
131
-
,
,
!
132
-
,
-
,
-
,
133
.
134
-
,
-
.
135
-
,
,
,
136
.
137
-
?
-
.
-
-
138
,
,
,
,
.
139
.
140
-
,
,
-
,
,
-
-
141
,
.
,
,
?
142
.
143
-
,
?
144
-
.
.
145
,
.
146
-
,
?
147
-
?
148
-
.
149
-
.
150
.
151
-
?
-
.
152
-
,
.
153
-
?
154
-
,
.
155
-
?
156
-
,
-
.
157
-
?
158
-
,
,
,
159
.
,
,
,
-
160
;
,
-
161
"
"
.
"
,
162
,
-
,
-
-
,
163
,
"
.
164
-
!
-
.
-
,
165
,
.
,
,
166
,
,
.
,
167
,
-
,
,
-
168
,
,
-
169
;
,
,
-
170
,
.
171
-
?
-
.
-
,
172
,
,
-
173
.
:
-
174
.
175
-
,
,
!
176
,
.
177
-
?
-
.
-
,
-
,
,
-
178
-
?
179
-
,
.
180
-
!
,
-
.
-
,
-
181
.
182
-
,
,
-
-
183
.
-
.
184
-
,
;
?
185
-
?
186
-
.
187
-
?
.
?
188
-
,
,
,
.
189
-
,
?
190
-
,
-
.
191
-
,
-
?
192
.
193
-
,
-
194
.
195
-
,
,
196
.
197
.
198
-
,
,
,
-
199
.
,
,
.
200
.
.
201
-
,
,
?
-
.
202
-
,
.
203
-
!
204
-
,
,
205
,
.
206
-
?
207
.
208
-
,
,
-
.
209
-
.
210
-
,
,
-
211
.
.
.
.
212
-
,
,
.
,
.
213
-
,
-
,
-
,
-
214
?
215
-
,
,
,
.
216
-
,
.
217
-
,
218
.
219
.
220
-
,
,
221
,
,
.
222
-
,
,
,
,
?
223
-
,
,
,
-
224
.
225
-
!
,
-
-
226
,
,
-
.
227
.
228
-
!
-
.
-
,
229
,
"
"
.
,
230
,
,
!
231
-
,
-
,
-
.
232
-
,
-
.
233
-
,
-
.
234
-
,
,
.
,
235
.
?
236
-
,
.
,
237
,
.
238
-
,
.
239
-
,
,
.
240
-
,
,
,
.
.
241
,
,
-
242
.
243
-
?
-
,
.
244
-
,
.
245
-
.
246
-
,
,
?
247
-
;
,
248
.
249
-
?
250
-
.
251
-
.
252
.
,
-
253
,
.
-
"
"
254
.
255
-
!
-
,
-
256
.
-
,
,
257
.
-
258
"
"
?
259
-
,
,
:
"
260
!
"
,
:
"
261
"
[
]
.
,
262
.
-
-
263
.
264
-
!
-
,
265
,
-
.
266
-
,
,
,
,
267
!
,
,
268
.
269
-
,
?
270
-
,
.
.
271
?
272
-
.
-
.
,
-
273
,
,
,
274
-
,
275
;
,
,
-
276
,
.
277
,
,
.
278
-
,
,
-
,
-
279
"
"
,
?
280
-
,
,
281
,
282
.
283
-
,
.
.
284
;
,
.
285
-
?
286
-
,
.
287
-
?
288
-
.
289
-
,
.
.
290
-
,
.
!
291
,
292
.
,
,
293
,
294
,
,
,
-
295
.
296
,
,
-
297
,
-
298
,
-
299
,
,
300
:
"
,
-
301
"
.
302
,
,
,
-
303
,
,
,
,
-
304
.
305
,
.
306
307
308
.
309
310
311
312
,
,
-
313
,
,
,
314
,
,
315
,
316
,
,
-
317
,
,
-
318
.
319
.
320
"
"
,
,
-
321
,
,
-
322
.
-
,
323
:
324
-
!
325
.
,
,
326
.
327
-
,
?
-
.
-
?
328
-
,
,
,
,
,
!
.
.
.
329
.
.
.
.
!
,
330
?
331
-
,
,
.
,
-
332
,
.
,
333
.
,
.
334
-
,
,
-
,
-
-
335
?
?
!
336
-
,
,
337
,
,
,
.
338
,
.
,
339
,
.
-
340
,
?
!
341
!
,
,
?
342
-
,
,
,
-
,
-
.
343
-
,
344
,
.
.
.
,
?
345
?
346
-
,
.
.
.
!
347
,
.
348
-
,
!
,
.
-
349
?
350
-
,
,
,
,
-
,
351
.
352
-
!
.
.
,
?
353
.
354
-
.
.
.
-
.
-
.
.
.
355
-
?
-
.
-
356
,
.
-
?
-
357
,
?
358
-
,
,
-
.
359
-
,
-
,
,
-
360
,
.
361
-
,
,
,
,
,
;
362
,
,
363
.
,
.
.
.
364
-
?
365
-
.
366
-
!
-
.
367
-
,
-
.
368
-
,
?
369
.
370
-
?
371
-
,
-
.
372
-
!
-
,
.
373
-
?
374
-
.
375
-
,
-
,
-
,
.
376
.
377
-
,
,
-
,
-
378
-
.
.
.
,
,
,
379
-
.
380
,
-
381
.
382
.
383
-
?
-
.
384
-
.
.
.
!
,
,
,
385
.
386
-
,
,
-
.
-
387
;
,
,
-
388
,
,
-
389
.
390
-
,
,
.
,
391
.
-
392
;
.
!
-
.
393
-
,
,
.
394
.
395
-
,
,
396
,
-
.
-
,
397
-
!
.
398
,
399
.
-
;
400
,
-
401
.
402
-
!
,
!
-
,
-
403
,
,
,
404
.
405
-
,
,
,
,
-
406
,
.
407
-
.
,
,
408
.
(
.
)
,
-
409
.
,
;
410
,
.
411
-
,
,
-
-
412
.
-
,
.
413
-
?
,
.
414
.
415
.
416
"
,
?
"
-
.
417
"
,
"
.
418
"
,
"
.
419
"
,
"
.
420
"
?
"
421
"
,
,
"
,
-
.
,
-
-
422
,
-
.
423
-
,
!
-
.
424
-
,
,
-
425
.
.
.
,
?
-
,
426
,
.
427
,
.
428
-
,
-
-
,
-
429
,
,
,
,
430
.
,
,
431
.
432
-
,
,
-
,
-
;
,
433
.
,
.
434
,
435
.
436
-
,
-
.
437
-
.
,
,
-
438
?
439
-
,
-
.
440
-
.
441
-
?
-
.
-
442
?
443
-
,
,
-
,
,
-
444
,
.
445
-
,
?
-
.
446
-
,
,
-
.
-
447
.
448
-
,
,
,
-
,
-
-
449
,
.
450
-
,
,
.
451
-
,
.
452
-
,
-
.
453
-
,
!
.
,
454
,
-
,
.
455
-
?
-
.
456
-
,
,
-
.
-
,
,
457
,
,
,
458
.
459
-
,
,
,
-
,
-
-
460
,
.
461
-
!
-
.
-
,
,
;
462
!
463
-
,
,
,
,
-
.
464
-
,
-
,
-
,
-
465
.
466
-
?
467
-
-
,
-
468
;
-
:
.
469
-
?
-
,
470
.
471
-
,
,
-
,
-
;
,
472
,
,
.
473
-
,
-
,
474
,
-
,
.
.
.
475
-
!
!
-
.
476
-
,
-
,
-
,
,
-
477
,
,
,
-
478
,
.
479
-
,
-
,
-
!
,
480
;
,
,
;
,
481
,
.
482
-
,
-
.
483
,
.
484
,
,
,
485
,
.
486
-
,
?
-
.
-
?
487
-
,
-
.
488
-
?
489
-
,
.
490
.
491
-
!
-
.
-
!
492
-
,
,
.
.
.
493
-
?
494
-
;
,
-
-
495
;
,
.
496
-
?
497
-
.
,
,
498
,
,
.
-
499
:
!
500
-
,
!
501
-
,
,
,
-
-
502
,
-
.
503
-
,
-
,
-
,
,
504
,
.
505
-
?
506
-
,
.
-
507
?
508
-
;
.
,
509
.
510
-
.
511
-
?
512
-
,
.
?
513
-
.
514
-
,
.
515
-
,
,
,
516
.
517
-
?
,
.
518
-
,
,
,
-
519
,
,
,
,
-
520
,
.
.
521
-
!
.
.
,
?
522
-
,
-
523
?
524
-
,
?
525
-
.
526
-
,
"
"
-
527
.
528
-
?
529
-
,
.
530
-
,
-
,
-
.
531
-
,
-
.
532
.
-
533
,
.
534
,
535
.
536
,
,
537
,
538
.
539
540
541
542
543
544
545
,
,
546
,
,
,
547
,
.
548
-
-
549
,
-
550
,
-
551
,
-
552
,
,
,
-
553
.
,
554
,
,
555
,
,
,
556
,
-
557
,
-
558
,
,
-
559
,
-
560
,
.
561
-
562
,
563
,
,
564
,
-
565
[
]
.
566
,
,
,
,
-
567
,
,
,
,
,
-
568
,
-
569
,
;
,
570
,
,
-
571
,
,
572
,
-
573
,
,
.
574
,
575
,
-
576
;
,
577
.
578
-
,
,
-
,
-
,
579
.
!
580
-
,
,
,
581
.
582
-
,
,
,
,
-
583
.
,
,
-
584
;
,
,
585
-
!
!
586
,
,
,
,
587
!
588
-
,
-
589
,
-
,
-
590
.
,
,
,
591
,
,
592
,
.
593
-
,
,
,
-
-
,
-
594
,
,
595
-
.
596
-
,
,
,
,
-
597
,
-
,
.
598
,
.
,
,
-
599
.
600
,
,
,
,
601
,
,
602
-
,
,
-
?
603
,
,
,
,
!
604
,
,
,
605
;
,
,
606
,
607
,
.
,
608
,
609
,
-
.
610
-
,
!
,
,
611
!
612
,
?
.
613
?
614
-
,
-
,
,
-
615
,
,
,
616
,
.
,
,
,
617
,
,
,
618
.
619
-
,
-
,
-
,
620
.
,
,
,
621
.
,
.
;
622
,
.
623
-
,
;
,
624
,
,
.
,
625
,
-
626
,
.
627
.
628
-
,
,
,
;
629
,
,
,
630
.
,
631
?
632
-
?
-
,
-
633
.
-
?
.
634
-
,
,
635
,
,
,
.
,
-
636
,
,
,
?
637
-
,
-
,
-
,
,
-
638
.
,
!
,
639
:
,
,
-
640
,
,
,
,
641
.
642
.
643
-
,
:
,
-
644
.
!
645
?
,
;
,
646
.
,
647
-
,
.
648
,
,
.
-
649
,
,
,
.
650
,
-
,
-
,
-
651
:
-
,
652
,
!
653
;
,
-
654
;
655
.
-
!
656
,
;
657
,
.
658
-
,
,
-
,
-
:
?
659
-
,
-
,
-
,
-
660
,
.
661
-
?
662
-
.
663
,
,
664
;
,
,
:
665
-
?
666
-
.
667
-
?
668
-
!
-
.
-
!
669
-
!
.
.
-
,
.
-
670
,
,
!
671
,
:
672
-
,
!
!
673
,
,
,
,
674
,
,
,
.
675
.
676
,
,
677
.
;
678
,
679
,
.
680
,
-
681
,
;
682
,
.
683
-
,
-
,
,
-
,
684
.
685
,
,
:
686
-
?
687
-
,
,
688
,
,
,
,
,
,
689
.
?
690
-
,
,
-
,
,
,
-
691
.
692
,
,
-
693
,
.
694
695
.
696
.
.
697
-
,
,
,
.
698
-
!
-
,
-
699
,
!
,
700
,
.
701
.
702
-
,
,
-
703
,
,
-
704
,
-
705
.
706
,
.
707
-
,
,
-
,
-
,
708
,
,
-
709
.
710
,
,
711
,
.
712
,
,
,
,
-
713
,
.
714
,
,
715
,
,
.
716
-
!
-
,
.
-
717
!
!
718
-
,
!
,
!
?
-
-
.
719
,
,
,
720
.
721
-
?
-
.
-
,
722
?
723
-
,
!
-
724
.
725
.
726
-
,
-
,
.
-
,
727
,
,
,
?
728
-
,
-
,
-
729
,
:
730
-
,
,
,
?
731
;
732
,
.
733
-
,
-
,
-
,
,
?
734
,
.
735
-
,
,
,
,
736
,
,
,
-
,
,
.
-
737
!
;
-
738
.
739
,
.
740
-
,
,
,
-
,
-
741
,
-
742
.
-
,
!
743
.
744
-
,
-
,
-
,
745
.
,
.
746
-
,
,
.
-
,
,
747
.
,
748
.
749
-
,
-
,
,
.
750
-
!
,
,
-
,
,
-
751
:
,
,
-
752
,
,
753
,
,
,
,
,
-
,
754
"
"
,
"
"
-
755
,
.
.
.
?
756
-
,
,
-
.
757
-
,
-
.
758
-
,
?
-
,
-
759
,
,
.
-
760
,
?
,
.
761
-
,
!
-
.
-
762
-
,
;
,
763
,
;
-
764
,
.
765
.
766
-
,
-
.
767
-
!
-
,
,
768
.
-
?
,
.
769
,
,
,
,
,
-
?
770
,
.
771
-
,
-
,
772
,
-
773
,
:
774
,
?
775
-
,
,
.
776
-
,
-
,
777
,
778
,
-
-
779
;
.
780
-
781
,
,
.
782
-
?
-
.
783
-
!
!
-
.
784
-
,
,
-
.
-
,
,
785
"
"
.
,
?
786
,
787
,
,
788
,
,
,
-
789
.
790
-
,
-
,
,
-
791
,
!
792
793
.
.
794
-
!
-
.
-
,
795
?
-
,
,
.
796
.
,
-
.
797
.
,
!
,
,
798
!
799
,
800
.
801
-
,
?
-
.
802
-
,
-
,
-
.
803
-
!
!
-
.
-
.
,
!
804
,
!
-
,
.
805
,
.
806
-
?
-
,
,
-
807
,
.
808
-
.
809
:
.
810
,
,
,
,
811
,
,
,
,
-
-
812
,
,
,
-
813
.
-
814
,
,
-
.
815
-
816
.
817
-
,
-
,
-
,
818
.
,
-
819
,
;
,
-
820
-
,
821
,
.
,
822
,
,
;
823
,
.
-
824
,
;
,
-
825
,
.
.
.
-
826
,
-
.
827
-
!
-
,
828
.
-
,
!
,
,
,
,
829
?
830
-
,
,
-
,
-
,
831
,
,
,
,
.
832
-
!
-
.
-
!
,
833
!
834
.
835
-
,
-
.
-
,
836
,
,
-
837
;
,
.
838
-
,
-
,
-
839
!
840
-
,
,
?
-
,
841
.
842
-
.
,
-
843
,
,
,
"
"
.
-
844
,
:
,
,
;
845
,
,
.
846
-
?
-
,
.
-
847
?
848
-
-
,
-
,
-
,
,
849
,
.
850
,
,
-
851
.
852
-
.
.
.
.
.
.
853
,
,
!
854
-
,
-
,
-
,
-
855
:
,
856
;
.
857
-
,
-
.
-
,
858
.
:
"
"
859
.
860
-
,
,
-
-
861
,
.
,
-
862
.
863
-
!
!
?
864
-
.
865
-
?
866
-
:
867
.
,
,
.
,
-
868
,
.
869
-
,
,
,
-
.
870
:
871
"
,
,
.
872
!
.
,
,
!
873
"
"
!
"
874
:
875
-
!
876
-
,
-
,
-
877
.
878
,
,
-
879
.
.
.
880
881
882
.
883
884
885
886
,
887
.
;
.
888
,
,
,
889
-
.
890
-
,
-
,
-
891
.
892
-
,
-
.
893
-
?
894
-
.
895
-
?
896
-
;
.
897
-
,
898
!
!
,
-
899
.
900
-
,
-
,
?
-
.
901
-
?
?
,
,
902
,
,
.
903
-
.
904
-
?
905
-
,
,
906
-
,
.
907
-
!
,
.
908
-
.
,
.
909
-
!
-
.
-
,
910
,
.
911
-
,
-
-
912
,
-
.
913
-
-
!
-
.
-
914
,
!
915
-
,
-
,
-
,
,
,
916
,
,
,
.
.
.
917
-
,
-
,
-
.
918
-
,
-
,
-
;
-
919
,
.
.
920
.
921
-
?
-
.
-
!
922
:
!
,
!
923
.
924
-
.
.
.
-
,
925
.
926
-
,
.
.
927
-
;
,
;
,
-
928
,
,
,
.
929
,
:
930
-
,
931
.
932
-
,
-
,
-
,
933
,
.
.
.
934
-
.
,
935
,
,
,
-
,
936
.
937
-
,
-
.
938
-
,
,
,
-
,
-
939
,
,
,
,
.
940
,
.
.
,
-
941
;
,
.
,
942
.
,
!
943
,
,
-
.
944
-
,
-
,
,
-
,
945
.
;
946
,
;
947
,
.
948
-
,
,
-
,
,
-
949
,
,
-
950
,
.
951
-
!
-
.
952
-
,
-
,
-
?
953
,
,
.
.
.
954
-
!
-
.
955
-
!
-
.
-
,
,
956
.
.
,
-
957
!
958
.
959
,
-
960
,
:
961
-
,
?
962
-
,
,
,
,
963
.
?
964
-
,
,
-
.
-
-
965
,
-
,
-
?
966
.
967
-
,
,
-
,
-
968
,
-
,
.
-
969
,
.
970
-
?
,
.
,
971
,
,
.
972
,
,
,
,
973
,
.
974
,
.
975
-
,
!
-
,
.
-
976
,
.
977
.
,
;
,
-
978
,
,
.
979
,
,
980
.
981
-
!
-
.
-
?
-
982
,
.
,
-
983
,
.
,
-
984
!
985
-
,
,
!
-
.
986
-
.
,
-
,
-
987
,
-
.
988
-
,
,
!
-
,
.
-
989
!
.
.
!
.
.
!
.
.
990
-
.
.
.
?
.
.
?
-
.
991
-
?
992
-
,
.
.
.
993
-
,
-
.
-
-
994
,
,
.
995
-
,
!
-
.
996
-
!
-
.
-
,
!
997
-
,
?
-
.
998
-
,
:
,
-
,
-
999
.
1000